«Ищите спасения! А-ал-ла-а...»
Заметив, что Юсуф, Иса и двое местных, совершив омовение и прихватив с собой коврики, вышли на воздух, дабы с остальными единоверцами творить вечерний намаз, Андрей переместился по балкону чуть дальше, чтобы не мешать этим благочестивым людям, а то иначе они бы спиной чувствовали, что он за ними сверху подсматривает.
«...Свидетельствую, что нет бога, кроме Аллаха!»
В промежутках между каноническими фразами, повторяемыми многократно, отчетливо слышались потрескивания и шорохи, разносимые через усилители с магнитофонной ленты.
«Свидетельствую, что Мухаммед — посланник Аллаха!»
«Аллах акбар!»
«А-ал-ла-а...»
— Андрей, ты готов? — задал довольно странный вопрос Юсуф. — Собирайся, потому что Иса говорит, что нам пора ехать дальше.
Было уже около десяти вечера, на улице окончательно стемнело, и все выглядело довольно загадочно.
— Я полагал, Юсуф, что мы останемся здесь на ночлег?
— Нет, не так. Садись в вэн. Поехали!
Андрей пожал плечами, хотя и вынужден был подчиниться. Он забрался в микроавтобус следом за Юсуфом. Такое впечатление, что арабы стали стремительно забывать английский язык, на котором что Юсуф, что Иса изъяснялись еще недавно очень даже прилично.
За руль сел местный мужик, тот самый, что сервировал для него ужин, второй же его коллега остался в резиденции. Странно, что ни у шофера, ни у Исы, хотя он явно имеет отношение к местной службе безопасности, не было на виду оружия. Не то что на виду, а вообще не было. У Андрея звериный нюх на такие дела, и он своей интуиции доверял в таких случаях на все сто процентов.
Куда это они собрались на ночь глядя и без стволов?!
Это было бы хоть как-то объяснимо, если бы они находились сейчас на территории Сирии, которая занимает одно из ведущих мест в мире по вопросам безопасности граждан, где совершается наименьшее количество преступлений, если можно так сказать, на душу населения. Но, по его расчетам, они находятся в Ливане, где картина не столь уж благостная и даже совсем не благостная, особенно если принимать во внимание то существенное обстоятельство, что после вывода израильских войск ситуация на территории Ливана далека от стабильной и безопасной — особенно для перемещающихся по ночам людей.
Но это их головная боль, это уже заботы принимающей стороны, а у него и своих проблем хватает.
Званцев... Бушмин не располагает точной информацией, что там, в Москве, стряслось, но в то, что гэбист помер от инфаркта, ему верится как-то с трудом. И может случиться так, что уход из жизни такой фигуры, как Званцев, а также причины этого самого события могут стать предметом серьезных раздумий для тех людей, в гости к которым они нынче и держат путь.
Мадам Фатима... Сможет ли он увидеться — хотя бы еще разок — с этой экстравагантной восточной красавицей? Или по-другому: захочет ли она видеть перед собой некоего типа, которого видела лишь мельком во время делового ужина в парижской «Серебряной башне»? И насколько серьезно она готова к нему отнестись?
В этот самый момент, аккурат когда он успел додумать эту самую мысль, так и не решив ничего для себя, вокруг него и вокруг микроавтобуса, следующего по извилистому шоссе куда-то в направлении морского побережья, стали происходить какие-то странные вещи.
Сначала сработал режим «красной точки», хотя это было лишним: Андрей давно уже был настороже, а значит, находился в состоянии боеготовности.
Затем раздались тревожные выкрики арабов на их гортанном наречии, водитель попытался объехать преграду, возникшую на дорожном полотне, но не тут-то было: на развилке дорог проезд им синхронно заблокировали грузовик и почти невидимая в темноте легковушка, а с кормы, подсветив фарами, их «обрезал» давно уже следовавший позади транспорт.
Фары этой самой машины, что висела у них на хвосте, на какие-то секунды высветили прелюбопытное зрелище: из-за грузовика, а также из-за перекрывающей проезд легковушки выскочило сразу с полдюжины каких-то чертей, в камуфляже, «Сферах», а кто-то в шлем-масках, в «броне» и, надо полагать, не с пустыми руками...
Очень странные символы фосфоресцировали на их «нагрудниках», но ни прочесть, ни сообразить, что бы все это означало, Андрей не успел: его, а также попутчиков, насколько он успел засечь «ситуевину», мигом уложили рожами на асфальт, заковали в «браслеты», затем, нахлобучив на головы непроницаемые полотняные мешки, сунули обратно в чрево микроавтобуса и повезли куда-то в неизвестном Бушмину направлении...
На часах Мокрушина было без четверти десять утра, когда он, потеребив ласково своими шаловливыми пальчиками электронные соски-клавиши, слегка подоил очередной, уже восьмой по счету, уличный банкомат...
В качестве дойной коровы он использовал вовсе не банковскую систему государства Мальта, а лицевые счета гражданки Эльзы Бартельс, вернее, ту их часть, доступ к которым открывают оказавшиеся в его полном распоряжении кредитные карточки белокурой сподвижницы Эриха фон Манхейма.
