Руины города Арбай на Траве во многих отношениях похожи на подобные руины в других мирах: загадочные, недавно заброшенные – по меркам археологов, шепчущие о какой-то тайне, которую каждый присутствующий там может почувствовать, не осознанно. Другие города Арбай, найденные в иных местах, населены ветром, пылью, да россыпью костей самих арбай. На самом деле, было найдено так мало останков арбай, что исследователи задались вопросом, почему при таком скудном населении их города были такими большими. Их искусно обработанные резные фасады домов стоят вдоль плавно изгибающихся русел улиц. Ни в одном из городов никогда не было обнаружено никаких транспортных средств. В каждом городе есть библиотека, есть таинственное сооружение на городской площади, не то скульптура, не то объект какого-то культа. Кроме всего прочего, за пределами каждого такого города были найдены загадочные механизмы, которые, как полагают служили мусоропроводами. Есть версии, что это своеобразные крематории. Существует также мнение, что это своеобразные транспортные устройства. Есть и такие, что считают, что эти механизмы могут быть всеми тремя одновременно. Если это печи, то тела жителей городов могли быть сожжены, что объясняет редкое обнаружение скудных останков. Но не исключается версия, что жители могли просто переселиться куда-нибудь ещё. Полевые археологи и теоретики не могут прийти к согласию ни по одной из альтернатив, хотя их учёный спор длится на протяжении уже многих поколений.
Было найдено всего несколько целых скелетов арбай, всегда по одному или по двое за закрытыми дверями. Но в найденном на Траве городе дела обстояли совсем иначе.
На Траве тела лежат сотнями – в домах, на улицах, в библиотеке и на площади. Везде, где бы не вели раскопки Зелёные Братья, они находят мумифицированные останки арбай.
Большая часть раскопок за эти годы была проделана сильными молодыми людьми, которые мало интересовались тем, что они обнаружили. Однако неизбежно находилось несколько человек, которые оказывались очарованными древними стенами города, его загадочными артефактами, мумифицированными телами. Были среди них и те немногие, что добровольно отдали свою жизнь исследовательской работе. Иногда таких фанатиков было двое или трое.
Брат Майноа, некогда смиренный юный послушник Святого Престола, был теперь беззубым морщинистым старцем с седыми лохмами; он, как и другие до него, научился скрывать свои подлинные интересы от тех, кто стоит у власти. Брат Майноа, как и его предшественники, нашёл своё призвание среди этих древних камней. Он привык считать эти похожие на траншеи улицы своими. Майноа собственноручно обнаружил почти половину всех найденных на Траве тел арбай и провёл большую часть своей жизни среди них. Они стали его друзьями. Но мертвецы не были его единственными товарищами.
Иногда по вечерам брат Майноа уходил с раскопок в ближайшую рощу, где его можно было видеть сидящим на кривом корне, курящего трубку, и разговаривающего как бы с самим собой. Вот и сегодняшним вечером он со вздохом откинулся на облюбованном им корне. Большую часть ночей у него ломило в костях, а иногда и по утрам. Сказывался сон в едва отапливаемом помещении на мешке, набитом травой, хотя с тех пор, как он починил крышу, боли стали меньше. Он глубоко затянулся ароматным дымом, медленно выпустил его, затем заговорил, как бы обращаясь к самому себе: – Теперь пурпурная трава, не та, что называют королевским плащом, а более светло-фиолетовая с синим налётом, что хорошо сочетается с розовым цветом. Тесты выявили в ней полноценный белок, очень питательный.
С дерева, высоко над головой старика, донёсся звук, похожий на громкое заинтересованное мурлыканье.
– Ну, конечно, желтотравник и так почти идеален, просто его очень мало.
Снова мурлыканье, с вопросительной ноткой.
– Конечно, они наблюдают за нами, – вздохнул брат Майноа. – Вот почему так трудно что-то выяснить.
Сверху не ответили.
Брат Майноа рискнул взглянуть прямо вверх, но не увидел ничего, кроме бледного неба сквозь завесу из веток и листьев, лишь одинокая яркая звезда в зените, словно блёстка, упавшая с юбки беспечного ангела. Немного слева от себя, так высоко, что последние лучи солнца казались лишь шелковистым мерцанием, он мог видеть несколько нитей сети среди башен самого монастыря, прямо над горизонтом.
– Снова разговариваешь сам с собой, брат? – произнёс укоризненный голос. Брат Майноа вздрогнул. Фигура под соседним деревом была наполовину скрыта тенью. Голос принадлежал старшему брату Ноази Фуасои, заместителю главы управления безопасности и приемлемой доктрины в монастыре. – Какого черта он делает здесь, на раскопках! – с досадой подумал Майноа.
Есть у меня такая дурная привычка, старший брат, – пробормотал Майноа, поднимаясь и почтительно кланяясь, а также задаваясь вопросом, следил ли за ним этот человек, и если да, то как долго он там стоял.