— Лиса, пора уходить, — позвала её королева, — что ты задумала?
— Они хотят взять город? Что ж… Они его возьмут… Но только то, что я им позволю забрать! — она вытерла кровь и пот со лба, — Я собираюсь взорвать стену, несколько домов… Всё что попадется под руку, лишь бы задавить врага и не дать им возможности нас нагнать. Уходи, королева… И торопи своих людей.
— Тороплю. Вот здесь и сейчас, — грозно отвечала Мэва, тыкнув пальцем девушку в плечо, — ты собралась вместе с городом взорваться?
— Нет, — она улыбнулась, устало и счастливо, — Теперь уж, я — человек самой королевы. Без соответствующего приказа мне умирать не положено, — шутила девушка.
— Ну тогда, приказываю не умирать! — тоже улыбнулась Мэва, она в последний раз взглянула на Лису и развернулась, чтобы уйти. Уходя она слышала тихий голос рыжей, что напевала какую-то песню:
Всё равно не сдамся,
Никогда не сдамся я вам
Не вскочить на волну,
Вам на мне не прокатиться:
Взлечу ввысь словно птица!
Всё равно не сдамся, никогда не сдамся я вам:
Меня покорить нельзя!
Когда отряд Мэвы отошел на достаточно расстояние, Лиса вытянув руки вперед попыталась сконцентрироваться на маленькой веревочке — фитильке, что был всего в паре метров от нее.
— Ну, давай же! Гори, падла, — начинала волноваться девушка, уже с десяток раз попробовав складывать руки в определенный жест — короткий и простой, но что-то не получалось, — Как там правильно-то было? Aenye Deith. Сука! Да гори ты уже, — со злостью выкрикнула девушка, махнув рукой в сторону фитилька.
И в этот раз все получилось. Да даже больше необходимого: загорелась не только веревка, но и какие-то доски рядом, огонь уже переходил на дом, потому Лиса поспешила уносить оттуда ноги. К тому же вновь прибывшие нильфгаардцы заметили лишь одну лисичку на поле боя, а потому ринулись добить единственного защитника. Однако они не могли угнаться за быстрыми ногами разбойницы, которая в разы обгоняла черных ещё и тем, что её броня состояла из нескольких легких пластин и лисьей шубки. Однако она также помнила приказ королевы, и собиралась его выполнить.
Через несколько секунд бега послышался первый взрыв: должна была обвалится боковая стена, потом другая, ворота, первый дом, второй и так далее. Лиса прибавила скорости. У неё открылось второе дыхание, когда впереди показался туннель, а сзади приближался грохот разрушений. Влетев в туннель, она отметила, что её люди оставили взрывчатку и здесь, намекая, что надо бы завалить ход. Хорошая мысль. На бегу девушка щёлкнула пальцами, особо ни на что не надеясь: получится — хорошо, не получится — ну и хрен с ним! Однако фитилек зажегся быстро и беспрекословно, будто боясь гнева своей хозяйки. Лисе же пришлось ещё больше ускорится. Когда до выхода оставалось пробежать считанные метры, она заметила нескольких последних солдат, уставших и возможно раненных:
— Шагом марш! Раз! Два! Раз! Два! Быстрее! Быстрее! — заорала девушка, ожидая обвала с минуты на минуту. Солдаты мигом выпрямились по стойке смирно и зашагали под счет. Хорошо их Рейнард натренировал.
Когда от туннеля отошли и Лиса, и солдаты, прозвучал гулкий взрыв, а девушка завалилась на землю, уставшая и вымотанная. Однако ей надо было найти королеву, и юного лиса, что родился у Дамрокки. Первую она нашла быстро, та стояла с Демавендом, о чем-то разговаривая, но Лису не волновал этикет, а потому она вклинилась в их разговор.
— …больше нет. Мне нужно отступить, перегруппироваться, — говорил король.
— Советую Реданию. Отличная страна в это время года, — вышла из-за дерева рыжая разбойница, — К тому же. Вы не поверите, — она глянула на Мэву и Демавенда, — оказывается, персонал «Пурпурной сорочки» и часть банды лисов тоже отправляются в Реданию. Какое совпадение…
— Лиса, — королева сжала в объятиях девушку, от чего та опешила и легонько обняла в ответ, стушевавшись, — Ты жива!
— Да, сама от себя не ожидала, что начну выполнять чьи-то приказы, — улыбалась Лиса.
— Да. Редания меня примет, — встрял король.
— И что дальше? Ты будешь сидеть и смотреть, как циркачи жонглируют яблоками, пока Черные заселяют Аэдирн своими колонистами? — сложила руки на груди королева.
Пока коронованные особы обсуждали тактику и стратегию, осуждая или поддерживая идеи друг друга, Лиса огляделась в поисках кого-нибудь знакомого и быстро наткнулась на спешащего к ней Гаскона. Тот, ничего не говоря, заключил её в объятия, на которые девушка сразу ответила, прижимаясь к парню:
— Что-то я за последние пять минут получила больше обнимашек, чем за всю предыдущую жизнь, — бурчала она куда-то в ключицу кобелиного князя, тот по-доброму хмыкнул, а потом отстранив от себя девушку, грозно заговорил:
— Это что за геройство? Что нельзя было как-то по-другому поджечь бомбу?
— Ну я же типа «одаренная», — девушка показала пальцами кавычки в воздухе, — использовала силу, чтобы вызвать огонь… И вообще я молодец! Да…
— Молодец, молодец. Никто не отрицает, только ты чего-то бледная вся, — переживал Гаскон.
— Много сил потратила, наверное… Надо найти…
