Генерал чертит алые полосы, деликатно касаясь кончиками пальцев. Представляю, как быстро высохнет кровь и жалею, что не взяла с собой салфетки. Ходить буду со следами первой добычи до конца охоты. Друза увлекает процесс. Он отклоняется назад, рассматривая меня как художник шедевр, и даже берет пальцами за подбородок, чтобы повернуть голову из стороны в сторону.
– Прекрасно,– говорит генерал. А потом достает из миски тонкий ломтик сырого мяса и кладет в рот. Жует с удовольствием, облизывая с пальцев кровь. А я понимаю, что из всей охоты запомню именно это. Единственный хищник, для которого охотится вся его стая. И с крыльями и без.
Прибегает рядовой с гражданским планшетом в руках.
– Военных не было? – недовольно спрашивает Друз.
– Никак нет, Ваше Превосходство, – вытягивается в струнку военный, – завтра доставят с настроенным доступом, а пока гражданский.
– Отдай дариссе, – кивает на меня генерал.
Принимаю подарок с благодарность, а спрятать некуда. Нет карманов ни на блузке, ни на юбке. Так и ношу с собой. Ловчие птицы летают до сумерек. Не всегда быстро и успешно. Каждая убитая утка, заяц, лисица встречаются с восторгом. Устаю бегать от добычи к добыче так, что почти не чувствую ног. Поэтому когда Друз рассказывает о традиции устраивать пир после охоты в резиденции, соглашаюсь не думая. Лишь бы сесть, а лучше лечь и смыть, наконец, с себя кровь.
По дороге в резиденцию Создатель отдает мне чистый платок, и я долго стираю художества генерала под его неодобрительные взгляды через зеркало заднего вида. Украшение, согласна, но не носить же его вечно? Почти засыпаю, когда внедорожник проезжает через ворота. Мудрец будит меня тычком в бок. Пока рядовые суетятся на кухне, разделывая, ощипывая и приготавливая добычу, Друз показывает нам с Создателем резиденцию. Дом небольшой, но к нему пристроен птичник, куда охотники устраивают на ночь пернатых хищников. У каждого отдельный просторный вольер. Я с тоской вспоминаю, что наши комнаты в психиатрических клиниках были меньше.
Взять бы их всех да отпустить, но Друз ожидаемо усмехается на предложение.
– На воле хищников и так хватает. Не хочу пугать вас, но поостерегитесь заходить далеко в лес без сопровождения.
Вспоминаю разодранную в лоскуты добычу и гадаю, сколько шрамов у беркутчи от когтей Сорго? Таких, что только зашивать, переживая, не умрет ли пациент от потери крови. Орлов можно обучить, но нельзя приручить. Они, как пульт управления оружия с неподписанными кнопками. Жмешь наугад и надеешься, что не выстрелит в тебя. Но глядя на охотников, которые крутятся возле вольеров и никак не хотят уходить, мне кажется, что риск остаться без глаза или без пальцев только добавляет азарта.
Традиционный ужин накрывают на длинном столе в огромной гостиной. На стенах охотничьи трофеи и чучела животных. Мужчины громко делятся впечатлениями, а меня предательски тянет в сон. На середине застолья не выдерживаю и встаю.
– Пойдем, я провожу, – шепчет Создатель и берет под локоть. Ведет по темным коридорам куда-то в северное крыло. Падаю на кровать, не раздеваясь. Мудрец желает спокойной ночи и уходит. Время застывает или бежит в два раза быстрее, не понимаю. Выныриваю из дремы, чтобы шатаясь по коридору найти ванную комнату и умыться. Переодеться на ночь не во что. Костюм в пыли, а прическа в беспорядке от сильного ветра, гуляющего по степи. Понимаю, что сидела в таком виде за столом и становится стыдно. Возвращаюсь в ту же комнату и забираюсь под одеяло в одном нижнем белье. В темноте горит красная лампочка включенной видеокамеры. Плевать. Рассматривайте во всех позах и записывайте видео, а я – спать.
