Меня подмывает позвонить Раймонду. Совершенно дурацкий поступок в такой ситуации. А с другой стороны, хуже не будет. Может, хоть что-то, хоть капельку прояснится. Но Раймонд наверняка уже за решеткой, бедолага.
– Попробую позвонить в КСКД, – объясняю я Алине, набирая номер.
– Хало, – по-латышски откликается унылый голос.
– Здравствуйте, Раймонд. Я хочу извиниться за утренний разговор…
Слежу по часам за отсчетом секунд, не больше трех минут, могут засечь.
– Александр, это вы? Очень хорошо, что вы звоните, – радуется он. – Вы откуда звоните?
– Как прошла погрузка? – вместо ответа спрашиваю я.
– Очень хорошо. Отлично. Таможня арестовала контейнер.
– Простите, как вы сказали?
Я не верю своим ушам.
– Я говорю, в контейнере нашли контрабанду, все отлично.
Не иначе, один из нас сошел с ума. Я совершенно сбит с толку, а Раймонд задушевно продолжает:
– Слушайте, Александр, мне очень надо, чтобы вы приехали сюда, ко мне. Можете?
Ну вот еще. За кого они меня принимают, за полного кретина, что ли…
– А надо ли? – говорю я голосом полного кретина.
Прошло полминуты.
– Я вас понимаю. Но послушайте. Слушайте внимательно. Сегодня утром вам звонил один человек. Так? И вечером вы справляете свой день рождения. Да? Верно я говорю? Сегодня вечером вас будут поздравлять. С днем рождения. Вы меня поняли? – возбужденно чеканит он каждое слово.
Я молчу. Что тут можно сказать?
– Вы слышите меня?! – кричит Раймонд.
– Слышу.
– Вы поняли? Все поняли?
– Кажется, понял.
– А раз поняли, приезжайте ко мне, – предлагает он так, словно речь идет о чашке кофе. – Посидим, что-нибудь вместе придумаем. Приедете?
– Да. Приеду.
– Когда?
– Скоро. Минут через пятнадцать.
– Очень хорошо.
Разговор занял минуту и двадцать секунд. Всего-навсего.
Кладу трубку и вытираю пот со лба. Так вот кто такой, оказывается, Раймонд. Я-то думал, он чемпион мира по хронической меланхолии. А он вон где служит.
Или это последняя на моем пути ловушка? Нечеловеческая, дьявольски изощренная западня. Предупредить, вызвать доверие, заманить к себе тепленького… Кажется, у меня голова перегрелась. Еще немного, и начну ловить зеленых чертиков, надрывно лаять или чем там еще занимаются в дурдоме.
– Полнейший дурдом, – говорю я Алине. – Но кажется, я нашел человека, который нам поможет. Поехали.
Через пятнадцать минут я паркую машину напротив кафе «Луна». Очень кстати нашлось одно свободное место. Здесь многолюдно, а значит, безопасно.
– Запри свою дверцу, – шепчу я Алине на ухо.
Однако она выходит вместе со мной.
– Я должен идти к нему один, – объясняю я. – Иначе разговора не получится. Останься, пожалуйста.
– Ты уверен, что не ошибаешься?
– Уверен. Все будет хорошо. Только запри дверцу. Здесь людно, тебе ничего не грозит.
Она порывисто целует меня, идет к машине, садится в нее и нажимает на блокиратор замка. У пастухов есть ключи от моей машины. Но они не осмелятся затевать возню в самом центре города.
И вот я сижу перед Раймондом, который улыбается мне, как лучшему другу, и благодушно закуривает «Мальборо».
– Я рад, что вы не побоялись прийти. Вы не пожалеете об этом решении.
– Вы же не побоялись меня позвать, – парирую я. – Хотя я при оружии.
– Ну-ну, мы же с вами профессионалы, а не ковбои, – мурлычет он. – Так с чего начнем? Хотите взглянуть на мое удостоверение?
– Не стоит. Давайте ближе к делу.
– Как угодно. Кстати, где сейчас находится Алина?
– Она в моей машине, здесь, неподалеку.
– Отлично. У нее ведь очень ценные способности, не так ли? Нас всегда интересуют такие люди.
Да, знаю, у них есть лаборатории, где занимаются экстрасенсами, причем давно, еще с середины шестидесятых, если не ошибаюсь.
– Не понимаю, к чему вы клоните, – говорю я.
– К тому, что Алина вам дорога. И вы оба, разумеется, хотите пожить еще.
– Это что, угроза?
– Ни в коем случае. Вы смелый человек, я же знаю. Очень смелый. Только обстоятельства, увы, против вас.
– Есть немножко. Так чего вы от меня хотите?
– Не спешите, Александр. Лучше по порядку, а то я что-нибудь упущу. Мы давно наблюдаем за вами, то есть за «Каратом» вообще и за вами в частности. Нам удалось выяснить много интересного. Правда, у нас не такие широкие возможности, как у людей ГРУ, скажем, по технической части. Но зато ваши резидентуры слишком долго держали на холостом ходу. Это плохо, от этого слабеет профессионализм. И тут мы вам не уступаем. А в последние дни и вовсе начались активные действия. Я бы даже сказал, нам брошен вызов. Хотите знать, кто был человек, которого вы застрелили в понедельник? Он был нашим источником, нештатным, разумеется, но очень важным. Такой источник стоит десятка кадровых исполнителей. Через него мы подвязались к таллиннской резидентуре. К сожалению, не удалось его уберечь. Посудите сами, разве такое может понравиться?
– Насколько я понимаю, вы предъявляете мне обвинение. Тогда вы должны знать, что я вне вашей компетенции. Как и все сотрудники «Карата».
