— Извини, что так получилось, — Ника старательно разыгрывала роль жены, удрученной своим внезапным недомоганием.
— Да ничего! Ты же не виновата. Приедешь домой — немедленно в постель. И если будет что-то не так — вызывай «скорую». И в любом случае, будет тебе хорошо или плохо, — позвони мне. Договорились?
— Договорились, Витя.
— Я надолго не задержусь. Еще часок тут поболтаюсь и тоже приеду.
Ника погладила его по щеке.
— Не стоит из-за меня портить себе вечер.
— Ника, что ты такое говоришь? У меня жена больная, а я должен тут всех «зажигать»?
— Зажигательный ты мой. — Ника снова погладила мужа по лицу. И вдруг почувствовала гадливость, словно на его месте был большой скользкий тритон.
Она убрала руку. Нет, кажется, Виктор ничего не заметил.
Отделившись от потока транспорта на улице, к ресторану подъехал желтый «форд-скорпио» с черными шашечками на борту.
— Ну вот, карета подана, — констатировал Виктор.
Виктор поцеловал ее.
— Скоро буду, — сказал он.
Всю дорогу до дома Ника дрожала мелкой дрожью. Из квартиры позвонила Виктору, сказала, что с ней все в порядке. Потом пошла в спальню, рухнула на кровать лицом вниз и разревелась… Разревелась, как маленький ребенок, только что вернувшийся от бесплатного зубного врача.
Придя в себя, Ника потрогала лицо и почувствовала, как оно распухло от слез. Надо было приводить себя в порядок. Но воспоминание о том, что ей привиделось в туалете «Империала», заставило ее вздрогнуть. Однако, пересилив себя, она поплелась в ванную.
В зеркале отразилась не красавица с длинными темно-каштановыми волосами, а сама Ника, такая, какой была сейчас. Растрепанная, заплаканная, с покрасневшими глазами.
Она неторопливо умылась прохладной водой, чувствуя, как отливает от щек дурная кровь.
В очередной раз проведя мокрыми ладонями по лицу, Ника пристально посмотрела на свое отражение, ища в нем сходство с тем фантомом, что привиделся ей сегодня.
Итак, лицо. Нет, тут нельзя сказать ничего определенного.
Ладно, тогда как насчет остального? Ну, в частности, волосы. Ника провела рукой по своим волосам. Как раз по цвету сходство есть. Было бы удивительно, если бы Нике привиделась платиновая блондинка! А как давно Ника стригла свои волосы?
Кажется, она была в парикмахерской примерно два месяца назад.
Ника еще раз потрепала свои волосы. Ну что за ерунда! Что за непонятные зрелища на ее несчастную голову!
Ну, а если предположить, что она и вправду носила длинные волосы? Что отражение в зеркале — это не бред воспаленного воображения, а настоящее воспоминание, только чересчур реальное — до полной осязаемости! Что это может означать?
Ника услыхала отчетливый щелчок замка на входной двери. Виктор возвратился. Странное дело: стоило ей подумать о муже — и ее охватило чувство страха вперемешку с неуверенностью.
— Ника, ты где? — донесся из-за двери голос Виктора.
Она промолчала. Зов повторился. Теперь было глупо не откликнуться. Будет потом сеанс ненужных вопросов!
— Я в ванной! — крикнула она.
— Как ты себя чувствуешь?
— Сейчас расскажу!
Ника напоследок плеснула себе в лицо холодной воды, вытерлась полотенцем и вышла к мужу. Он выглядел встревоженным.
— Я в норме, — сказала Ника. — Только мутит немножко. Выпила таблетку угля и но-шпу.
— Хорошо. Ты уверена, что не надо врача или еще чего?..
— Уверена, Витя. Я в порядке.
— Хорошо. Пойдем в комнату.
Ника вдруг отчетливо поняла: Виктор чего-то недоговаривает и вообще что-то не так.
Виктор проводил ее до кровати.
— Минеральной воды хочешь?
— Не отказалась бы, — ответила Ника.
Виктор вышел из комнаты и вернулся с двумя стеклянными бутылочками воды «Перрье». Свернул одной горлышко, протянул Нике. То же самое проделал со второй, но припал к горлышку сам.
Пригубив воды, Ника внимательно посмотрела на Виктора. А он бросил на часы такой взгляд, в котором чувствовалось ожидание чего-то нехорошего. Нехорошего для нее, Ники.
Она напряглась.
— Ты знаешь, я подумал, не мешало бы тебе все-таки проконсультироваться у доктора, — сказал муж. — Я позвонил своему знакомому, чтоб он подъехал. А вдруг ты какое-нибудь яйцо с сальмонеллой съела?
— Я вообще не ела яиц, — ответила Ника, холодея от недоброго предчувствия.
— Ну, я не говорю, что ты должна была есть яйца в чистом виде. Может, попалось несвежее в креме. Короче, тебе не повредит, если доктор тебя посмотрит.
Ника вдруг повела себя не так, как хотелось бы мужу. Она спросила:
— А почему ты не сказал мне, что звонишь врачу?
— Да потому, что у тебя в последнее время против них предубеждение. Я просто не знаю, что с тобой делать. Наверняка, если бы я сказал тебе, что собираюсь пригласить доктора, чтоб он убедился, что с тобой не произошло ничего опасного, ты бы восприняла это в штыки!
— Я и так это в штыки воспринимаю, — ответила Ника. — Что это за манера — принимать какие-то решения, не спросив меня! Витя, за тобой раньше такого не водилось!
— Ничего подобного! — воскликнул Виктор. — Просто ты не обращала внимания.
Но Ника была уверена в том, что ее муж ведет себя не так, как обычно.
— Я не хочу, чтоб меня кто-то осматривал, — твердо сказала Ника.
