Её рука все еще болела. Хоть она и опускалась в спасительную тьму. Позволяла материи пройти через неё и вылечить. Делала всё, как учил Раад. Но она всё-таки лишь наполовину тень. На вторую половину, она всё равно… человек. И эта половина была Хэдишш всё ещё неподвластна, непонятна. Так же как и сами люди. Поэтому её кости и мышцы по-прежнему ныли. После того, как она всплыла на Теневой Стороне из тьмы, ей стало куда лучше. Правда, потом пришлось всё равно зашивать ладонь… И этот ужасный, отвратительный запах водорослей, которыми лечатся люди за большие деньги. Хэдишш с него тошнило. И было очень больно. Но если бы не это — у неё не было бы сейчас пальцев на левой руке. Потому что монстр, который хотел её убить, пытался разорвать её на куски. А вместо этого Хэдишш сунула руку ему в зубастую пасть и оторвала голову. Обнаружив, что это был не монстр, а кукла с тене-человеком внутри.
Она бросила губку в полное ведро бурой воды и огляделась. Работы ещё много. Нужно заменить стекла, заштукатурить глубокие следы когтей, восстановить панели и плитку. Отремонтировать электропроводку.
Нитэ, безрассудный мальчишка, куда он пропал? Единственный из всех полукровок, чью судьбу она так и не знала. В глубине души надеялась, что он просто залег на дно. Или… в Пирамиде он мог попасть в любую другую беду.
Эти мысли лишали сил. Потому что, чтобы найти Нитэ, Хэдишш пошла к «Слухам». Они стребовали с неё огромную сумму лишь за слух, что Нитэ может быть у «Весны». И это подкосило её. Ведь «Весна»…
Ей нужно было восстановить сервера. Те, до которых Гишш не успел добраться. А потом попробовать прошерстить сеть информаторов в поисках хоть какой-то весточки от Нитэ. Намека на что-то иное. Намека, что он не там, где сказали «Слухи».
Всё, на сегодня она закончила с мытьем стен.
И принялась собирать не подлежащие восстановлению вещи. Дышать в респираторе было тяжеловато, но без него ещё хуже. В воздухе всё ещё витала бетонная крошка. Хэдишш бросила в пакет раздавленный стационарный телефон, части стульев, ножки столов и уничтоженные папки-скоросшиватели, предварительно достав оттуда рваные документы.
Остановилась, заметив…
Она долго смотрела на это. Видимо, криминалисты полиции Пирамиды не заметили. Это была часть тела.
Ей надо выйти отсюда. Срочно. Выйти! Её сейчас стошнит. Хэдишш задыхалась.
Она бросилась прочь. Смахнула респиратор на ходу. По длинному коридору вверх. Через холл и уперлась в новенькую дверь. Ужасно долго возилась с этими новыми замками, пока дверь не открылась, и Хэдишш не вывалилась на улицу, ладонями ударившись в асфальт. Левая рука отдалась болью.
Она поднялась, покачиваясь, и ее вырвало ровно в кусты барбариса.
Зря у неё не было этой реакции, при любом случае сваливать в тень. Отец учил делать именно так, когда Световая Сторона в детстве пугала Хэдишш. Но она так и не научилась.
Она разогнулась, дрожа. Вытерла рот рукавом. Никто, кроме неё, не отмоет эту кровь со стен. Хэдишш погладила левую ладонь, шрамы на ней, она вся была в шрамах, кое-где швы ещё не сняли, где-то пришлось пересаживать кожу, восстанавливать сухожилия. Всего лишь рука, а столько проблем. Она согнула и разогнула пальцы. Болит. Но чувствует всё, а это уже хорошо.
И только потом Хэдишш поняла, что на неё кто-то смотрит. И осознала, что не надела очки. Люди до ужаса пугались, когда видели её глаза. Человек — нормально. Тене-человек — странно, но приемлемо. Хэдишш с разными глазами — кошмар и ужас, что они сделали с человеком и почему у неё разные глаза?!
Но сегодня… сегодня ей уже плевать на людские чувства. Она устала. Поэтому просто обернулась.
Его Хэдишш увидеть не ожидала. Он смотрел на неё исподлобья темными глазами, слегка наклонив голову. Стоял, опершись на черный огромный внедорожник. Словно тене-человек. Словно… Хэдишш невольно вдруг сравнила его с Раадом. Черные, зализанные назад волосы, темная щетина, этот жуткий рваный шрам на всю щеку. Он был в белой рубашке. в черном галстуке, правую руку держал в кармане черных брюк, левая рука висела в фиксаторе. Тогда в бункере она его особо не разглядывала, её голова была занята другим. Позже Хэдишш узнала, что первые дети пытались его убить дважды, и дважды у них не получилось.
Хуг.
Хэдишш чуть не бросила его на кричащем пути… Так была зла. И, кажется, была зла всё ещё.
— Чего уставился? — выпалила она, решив быть монстром до конца.
Женщина, что шла мимо Хэдишш, заметила её глаза и обошла по дуге, словно та была зараженная, не отрывая от неё ошеломленного взгляда.
С мужчинами в этом плане у Хэдишш было веселее, они были всегда рады ей, пока она не снимала очки. Почти все. Хотя встречались и те, кому было плевать.
— Есть минута? — спросил Хуг.
Она развела руками:
— Ну, между уборкой уничтоженной мебели и смыванием крови со стен и потолков, думаю, минуту я найду. Например, сейчас.
— Тебя только что вывернуло на кусты… — заметил он.
Мистер Наблюдательность, ядовито подумала Хэдишш.
— Да. Нашла кусок брата под столом.
— Оу, — его черная бровь дернулась.
— Что тебе нужно?
Хэдишш хотела скорей уйти. Не просто скорей. Немедленно!
