Итан осторожно толкнул Келвина на спину и перекатился на кровати так, чтобы оказаться сверху. Как же долго он мечтал вот так прижать своего друга к матрасу. У него в голове тут же всплыло раскрасневшееся лицо Келвина, когда на День Святого Валентина он мягко приказал ему кончить прямо в ванне. О, такое забыть невозможно. Жадно впившись в губы Келвина требовательным поцелуем, Итан пытался показать, как сильно он его хочет. Он подал бедра вперед, прижимаясь к нему возбужденным членом, и в ответ услышал низкий стон. Улыбнувшись, Итан наклонился к уху партнера и прошептал:
— Я хочу тебя.
Мягкий ответный вздох стал музыкой для его ушей. Келвин кивнул и чуть отстранился, чтобы они могли избавиться от одежды. Итан сел на колени и быстро стянул с себя футболку, его друг сделал то же самое и их губы снова встретились в неистовом поцелуе, пока они помогали друг другу избавиться от штанов и нижнего белья. Итану хотелось попробовать на вкус каждую часть тела Келвина. И была единственная неизведанная территория, которую он жаждал познать как можно скорее. Итан осторожно прихватил зубами нежную кожу на шее партнера и обхватил пальцами его эрекцию.
Тот снова застонал и выгнулся ему навстречу.
— Прошу, быстрее, — прошептал Келвин, указав на прикроватную тумбочку. Похоже, прелюдии придется отложить до следующего раза, когда они достаточно запасутся терпением. Итан быстро нырнул в шкафчик и достал оттуда тюбик смазки, оставив презервативы без внимания. С того самого Дня независимости, который все изменил, никто из них больше не спал с кем-то на стороне. Так что о безопасности можно было не беспокоиться. Тем более, что тесты, которые они не так давно сдавали на работе, показали отрицательный результат. Келвин даже не заикнулся о какой-либо защите, так как полностью доверял своему лучшему другу.
Сердце Итана готово было выпрыгнуть из груди, пульс взлетел до небес. Он чувствовал, как внутри него все затрепетало при виде прекрасного парня, который в этот самый момент извивался, умоляя прикоснуться к нему. Итан быстро смазал свой член и встал на колени, расположившись между ног Келвина. Он наклонился, чтобы поцеловать его, одновременно поглаживая оба их напряженных члена. Келвин стонал, подавая бедра ему навстречу. Даже в тусклом лунном свете Итан мог прекрасно видеть, как порозовели его щеки. Не в силах больше ждать, он навис над своим напарником, одной рукой обхватив его ногу, а другой приставил кончик члена к его тесной дырочке и мягко толкнулся вперед.
Ох, он не ожидал, что Келвин окажется таким узким. Нежную кожу головки чуть саднило от сильного давления, но это ему даже нравилось, потому что легкая боль только усиливала наслаждение. И судя по судорожному вдоху сквозь сжатые зубы, его партнеру тоже было нелегко вот так сразу его принять. Спустя несколько секунд Келвин медленно выдохнул, стараясь расслабиться, и кивнул. Действуя как можно нежнее, Итан, миллиметр за миллиметром, осторожно протискивался в него, пока не оказался полностью внутри. Его лоб покрылся испариной, но Итан старался не спешить и не делать резких движений. Подхватив колени Келвина на сгибы локтей, он медленно вышел из него, прежде чем толкнуться обратно.
Впившись пальцами в бедра напарника, Итан начал неспеша, но уверенно двигать бедрами. Келвин выгнулся ему навстречу, комкая пальцами простыни и Итан начал понемногу ускоряться. Он посмотрел вниз, завороженный движениями своего члена. С каждым его толчком Келвин издавал такие восхитительные звуки, от которых по всему телу Итана пробегала дрожь, и он чувствовал, как внутри него просыпается зверь. Такие же стоны он слышал в наушниках, когда Келвина целовал Батиста. Тигр внутри протестующе зарычал и Итан подхватил этот рык. Он опустил ноги напарника и наклонился вперед, схватив его за запястья. Грубым толчком Итан вошел в Келвина, заставив того резко выдохнуть. Он задрал его руки над головой, припечатав их к изголовью.
— Ты мой! — хрипло прорычал он, погружаясь в партнера глубоко и резко. — Он больше не коснется тебя. Ты будешь раздвигать ноги только передо мной! Твоя задница только моя!
Келвин выгнул спину, содрогаясь от наслаждения и раскрываясь навстречу грубым рывкам. С его приоткрытых в экстазе губ, в такт ударам кожи о кожу, срывались громкие стоны, которые подстегивали обоих, приближая развязку. Итан неистово вколачивался внутрь, словно желая, чтобы Келвин еще долго ощущал его и не забывал, кому теперь принадлежит. Дикий зверь внутри Итана бесновался от мысли, что кто-то еще до него касался Келвина.
— Скажи это! — потребовал Итан вынимая свой член только для того, чтобы потом снова резко загнать его в своего партнера.
— О, боже, Итан! Я твой. Это все, чего я когда-либо хотел.