– Никто не вламывался в Ваш дом, – спокойно заметил Павел. У него была прирожденная способность разряжать обстановку, и сейчас, видя, что Бентон делает над собой усилие, чтобы вести расспрос вежливо, Павел решил сыграть сольную партию. – Итак, – он присел на краешек дивана, демонстрируя полную непринужденность. – Вы, насколько я понимаю, хотите сделать заявление о пропаже сына? Здесь необходимо уладить несколько формальностей…
Павел достал блокнот, по ходу задавая основные вопросы на случай пропажи человека – рост, вес, во что был одет, как давно видели в последний раз, все, вплоть до марки сотового телефона. Это отвлекло бизнесмена, и он подробно рассказал все, что знал. Круг общения у парня был широкий, он не знал кого-нибудь, кто мог бы на данный момент предоставить информацию о местоположении Андрея. Нет, он не знает пароль и пользователя в Скайпе и Вконтакте сына, он такими вещами никогда не интересовался. Это какое-то недоразумение, что его сына в чем-то подозревают, Андрей и мухи не обидит. Все это время Бентон молча прогуливался по комнате.
– Вы давно храните оружие подобным образом? – следователь указал на стену с огромным стеклянным сейфом, в котором на всеобщее обозрение была выставлена богатая коллекция оружия, принадлежавшего без сомнений хозяину дома.
– Ключ от сейфа у меня, Андрей не имел к нему доступа. И к тому же… – тон Шорина стал холодным. – Я всегда вынимаю патроны после охоты. Мне нужны проблемы с правоохранительными органами.
– Ну что ж, – жизнерадостно сказал Павел, на пути к участку после тщательного расспроса озадаченного отца, скупо отмерявшего информацию об основных увлечениях и образе жизни сына. – Парниша был хоть куда, футболист, ловелас, хорошо учился и да, гоняли они по-синьке на убитых машинах, ну и ладно с кем ни бывает…
– Иногда мне кажется, что даже если привести слона в участок и заставить его чечетку станцевать ты не заметишь, – по-отечески пожурил его Бентон. – Пока ты составлял жизнеописания этого малолетнего раздолбая, я заметил одну важную деталь, которая, по сути, может быть решающей.
– Отец-охотник, на стене в стеклянном сейфе висят карабины и двустволки, а на крайний крючок повесил охотничий нож, которым папашка будто в спешке пытался что-то заменить? – хохотнул Павел, искренне потешаясь над изумлением Бентона. – Теряете хватку, старый пес, я уже разучил тактику отвлечения внимания в совершенстве. Во время расспроса этот ножик для меня как бельмо на глазу…
– Ты же все время в блокнот глядел!
– О-о-о, – Павел обезоруживающе поднял руки. – В первые пять минут обнаружил пропажу, пока Вы смеряли грозным взглядом бизнесмена и раздувались как индюк от переполняющих Вас эмоций…
– Ты, жук! – Бентон хлопнул его по плечу, такой жест был ему не свойственен и Павел слегка поморщился.
– Знаете, так уже не говорят, это прошлый век.
– Ладно, потом займемся грамматическим ликбезом. Отец сказал у парня не было доступа к сейфу… Сказать-то конечно сказал. Но это далеко не факт. Парень в конце концов мог умыкнуть ключ. Сейчас быстро в участок, нам надо разыскать этого младшего Шорина, пока он дел не натворил.
– Уже натворил, – сказал Павел. – Хотя знаете, создается впечатление, что парень жил в так называемой “золотой клетке”. Отец богат, но совсем ребенком не интересовался, поэтому он отрывался, как мог, может даже, чтобы привлечь его внимание…
– Сынок, домыслы – это пища для ошибок, – Бентон вставил ключ зажигания в свою припаркованную десятку, с трудом закидывая отекающие ноги на водительское сиденье. – Ты любишь сострадать убийцам, это известно, будь ты Церетели, ты бы им памятник воздвиг…
– Ага, нерукотворный. На самом деле, я просто пытаюсь мыслить как они.
– Это обычно ничем хорошим не заканчивается, – Бентон нажал на педаль, оставив после себя всколоченный след выхлопных газов.
Глава 3
– Вот это монстр! – воскликнул Павел, издали заприметив тяжеленный домкрат, которым Бентон пытался придать равновесие своей десятке. Он подошел к гаражу Бентона вовремя, но ноги следователя, торчащие из-под кузова, свидетельствовали о том, что им все же придется припоздниться на очную ставку в областной клинике. – Вы, я тут смотрю, развели бурную деятельность по реанимированию своей машины… Я уже привык ездить общественным транспортом, теперь понимаете почему?
Лысина Бентона вынырнула на свет, а вслед за ней показались и остальные части тела – Игорь был перепачкан машинным маслом и чем-то черным, о происхождении чего Павлу, не являющемуся автолюбителем и никогда не сталкивающемуся с понятием “рихтовка”, приходилось лишь догадываться.
– А-а, это, – улыбнулся Бентон, похлопывая домкрат. – Добротный, в восемьдесят шестом купил, такие сейчас уже не делают. Паскуда, спасал меня в самых сложных ситуациях.
– Вы прямо как динозавр… Наверное, Дорожный патруль не смотрите, – заулыбался Павел. – Сейчас и почище делают, ромбовидные там всякие.
