Анька открыла, с испугом выглянув на лестничную площадку. За все эти годы она мало изменилась: уже в выпускном классе она выглядела старше остальных девчонок, так что разительных перемен, как например это было со мной, не наблюдалось. Глаза ее расширились от страха, и я поняла, что напугал ее не сколько мой внешний вид, сколько бравые ребята, столпившиеся у меня за спиной и поспешила успокоить:
— Это охрана, все в порядке. Полиция сейчас приедет.
Не думаю, что это многое ей объяснило, скорее, наоборот, поэтому я предложила:
— Может, пустишь нас?
Она посторонилась, что можно было считать приглашением. Мы недружно прошли в коридор.
— Гоша в садике, Коля на работе, так что, — она развела руками, видимо не зная, что еще сказать. А я поняла, что Анька, в отличие от меня, успела обзавестись не только мужем, но еще и ребенком. Судя по фотографии маленького мальчика, что висела в коридоре, ему уже не меньше пяти. А что я делаю тем временем? За маньяками бегаю, вот что.
— Хорошо, что их нет, — кивнула я.
— Может, вы уже расскажете, что происходит? — бывшая одноклассница сурово сдвинула брови, но это было явно напускное. В целом Анька осталась такой же, какой я ее и помнила: кроткой, тихой девушкой, которая в своей жизни ничего плохого никому не сделала и даже не сказала. Наверняка это не изменилось.
Пока я медлила, обдумывая, как лучше преподнести ей свою заковыристую историю, чтобы сильно не травмировать и не расстраивать, в дверь настойчиво позвонили. Мужчины заметно напряглись, Анька с испугом смотрела на меня. Как ни странно, на ее фоне я чувствовала себя самим хладнокровием. Сообщила вслух свою догадку:
— Наверняка это майор Карпов!
Иван подошел к двери и глянул в глазок.
— Так и есть.
Он открыл дверь, в прихожую зашли еще трое мужчин. Места было очень мало и нам пришлось подвинуться в коридор, чтобы все смогли уместиться.
— Я не могла ждать, — ответила я на вопросительный взгляд майора.
Затевать перепалку он не стал, просто устало заметил:
— Думаю, вам лучше поехать домой, Кира Владимировна. Я здесь сам разберусь.
Ничего не оставалось, как согласиться. Самое главное – Анька вне опасности, думаю, полиция сможет о ней позаботиться. И заодно, объяснить, что происходит, а то бедняжка уже явно на грани обморока. Я попрощалась с одноклассницей, дав себе слово позвонить ей позже и покинула квартиру, возглавляя трио охранников. Наверняка со стороны это смотрелось забавно.
— Домой? — поинтересовался Антон.
— Домой, — тяжело вздохнула я. Отчего то спасение Аньки спокойствия в душу не внесло: все казалось уж слишком простым. Похоже, я стала настолько дерганной, что в хороший исход поверить не могла в принципе.
Дома я бессильно рухнула на кровать и даже умудрилась забыться тревожным снов. Ну это до прихода Янки, разумеется. Как обычно, она ворвалась подобно урагану. С разбега прыгнула на кровать рядом, едва не лишив меня глаза своим левым локтем и хорошенько заехав пяткой по ноге. В общем, не самое приятное пробуждение в моей жизни.
— Кирыч, ты что всегда спишь?
— Вовсе не всегда, — буркнула я сонно, мотая головой и пытаясь одновременно определить: потерял ли зрение поврежденный глаз или это скоро пройдет, и который сейчас час?
— Не знаю, как по мне, так ты в Спящую Красавицу превратилась.
На самом деле в последнее время засыпала я с огромным трудом и часы сна можно было пересчитать по пальцам: стоило закрыть глаза, я видела огонь и даже чувствовала запах горелой плоти, который наверняка теперь будет преследовать меня всю жизнь.
— Ты даже мне не позвонила, — с укором продолжила Янка, — А между прочим, могла бы и рассказать, что тут творилось. Я бы в миг примчалась.
— И спасла бы всех?
— Само собой.
— Надеюсь, это еще не скоро потребуется… Смотрю, ты уже в курсе всех событий?
— Ага. Твой Ромео на кухне сидит, охраняет твой драгоценный сон. Он примерно так и выразился: мол, охраняю сон нашей Кирочки… Запрещал мне тебя растолкать, представляешь?! Ну и рассказал заодно, что да как.
— Антон? — уточнила я, потому что когда отправлялась прилечь, со мной остался именно он. Иван с Третьим посчитали, что им лучше остаться в машине, с чем я не могла не согласиться. Вот только с какой радости Янка его Ромео обзывает?
— Какой еще Антон? — на лице подруги отобразилась усиленная работа мысли.
— Кто сидит на кухне? — разозлилась я.
— Черноглазый твой конечно же, кому там еще сидеть по-твоему, — закатила она глаза, — Если хочешь знать мое мнение – отличный мужик, мечта любой девицы, у которой вообще есть мечты..
— Ты уже говорила, — насторожилась я.
