— А, это правда, что вас пытались убить? — спросил Зотов у Юрия.
— Было дело, — признался тот.
— И уже не раз, — подтвердила Ольга. — Даже вы здесь про это знаете?
— Знаем. Из-за «Дубков»?
— Скорее всего, — вздохнул Юрий.
— Тогда я точно здесь задержусь. Жить тут можно, собеседники, слушатели, есть. Сплю лучше, чем дома! Без всяких таблеток отключаюсь в десять, и до утра — дрыхну. Без снов, без ужасов. Удивительно. Женщин вот только нет, хоть резиновую бабу выписывай. Ну ладно мы это еще наверстаем.
И он подмигнул Ольге.
Уже покинув ИВС, Юрий обернулся к шедшей чуть позади Ольге.
— Мы что-то увлеклись собственными делами, а надо мужика вытаскивать из камеры.
— И что ты предлагаешь?
— Основная улика против него, это нож, который опознала его жена. Но, судя по показаниям мастера, тот был совсем другим. Этим, наверное, придется, заняться тебе. Женщине она больше довериться.
— Конечно. Я тебя даже близко туда не допущу.
— Чего это?
— Она, эта Вера, сексуально ненормально, ты, тоже такой же. Нет, я уже считаю тебя своей собственностью, так что даже не думай туда соваться.
Юрий хмыкнул, скосил глаза на хитро улыбающуюся Ольгу, и вздохнул.
— Да, кажется, скоро я буду жалеть, что тот парень промахнулся. Тогда довези меня до детской больницы, а потом езжай к Зотовой.
— А, зачем тебе детская больница? — удивилась Ольга. — Хочешь присмотреть кого-нибудь на усыновление?
— Угадала. Главное, чтобы мамка была посимпатичней. Есть тут одна идея, забавная. Потом расскажу, а то сейчас, боюсь, смеяться будешь.
На требовательный гудок автомобиля из калитки усадьбы Зотовых выглянуло, к удивлению Ольги, женское лицо, размером, правда, с хороший блин для штанги.
— Вы к кому? Если к хозяину, то его нет, — басом заявила девица.
— Нет, мне нужна Вера Олеговна.
— Что ей сказать?
— Скажите, женщина из прокуратуры.
Переговоры были недолгими, минуты через две амазонка разрешающе махнула рукой — проезжай.
Ольга нашла Зотову на втором этаже, в большом круглом зале, отделанном голубым цветом. Она лежала в розовом халате на круглой же, огромной, естественно, голубой тахте, и, положив голову на большую подушку, таращилась в сторону большого, плоского экрана. Рядом, под рукой у ней, на небольшом, круглом столике, разместилась квадратная бутылка коричневатого виски, и бутылка того самого вина, что Вера пила на охоте, а так же ваза с фруктами вперемежку с шоколадом.
— Добрый день, — поприветствовала Малиновская хозяйку.
— Добрый? — спросила та, переваливаясь на спину. — Боже мой, какие осенью могут быть добрые дни? Как начинаются эти дожди, и эта серость, я ухожу в депрессию, и почти не выхожу на улицу. И так до первого снега.
Ольге показалось, что Вера находиться в каком-то тормознутом состоянии, но, присмотревшись, она заметила на столике, между фруктами и бутылками, пару вскрытых упаковок таблеток. Одно из этих лекарств Малиновская уже встречала в своей практике. Это был типичный антидепрессант. Ольга села на круглое, очень удобное кресло, огляделась по сторонам.
— Хорошо тут у вас, — заметила она, — необычно.
— Этот зал я делала под себя. Там, — Вера небрежно махнула рукой, — он что угодно творил, но кухню, ванную, и эту комнату я выбила себе так, как хотела. Там у него везде чучела, аквариумы, ружья, а это уголок мой. Хотите выпить?
— Я за рулем.
— Ну и что? Неужели вас кто-то из гаишников может остановить? Давайте немного виски, для согрева. Я же вижу, как вы замерзли.
Это было страшное искушение, Малиновская и в самом деле ужасно замерзла. И, Ольга, как-то невольно для себя взяла в руки бокал, они чокнулись с хозяйкой, и выпили. Живительное тепло потекло по ее организму, Ольга сразу раскраснелось, ей стало жарко в своей кожаной униформе. Это невольное движение заметила Вера.
— Раздевайся! — скомандовала хозяйка, так же изрядно оживляясь, а сама взялась за мобильник.
— Людка, что у нас там, на обед? — спросила она.
Выслушав кухарку, Вера приказала: — Две порции всего наверх. Быстро!
— Как вы их гоняете, — невольно заметила Малиновская.
— Да ну их! — Вера отмахнулась. — Это думаешь, слуги? Это шпионы мужа! Ты заметила, что в доме нет ни одного мужчины? Даже на воротах и то стоят какие-то самбистки, охранницы. Он все боится, что я ему рога наставлю. А то чучел ему мало. Зато я выбила свое: чтобы в доме не было ни одной смазливой рожи. Горничную ты уже видела? Вот и все остальные такие же уроды. Сейчас кухарка придет, посмотришь на нее, поужасаешься. Зотов мой, он на них смотреть не может, но, куда деваться, уговор дороже денег.
Ольга засмеялась, и это очень понравилось хозяйке.
— Люблю таких хохотушек, — заметила она, — у тебя такие роскошные ямочки на щеках появляются. Можно я буду называть тебя просто Ольга?
— Конечно.
— Тогда и ты зови меня просто Верой.
Она поднялась, привстала и чмокнула Ольгу в губы, да так смачно, с затяжкой, что у той невольно шевельнулись в уме крамольные мысли.
В это время толстая, некрасивая женщина ввезла в зал небольшой столик с блюдами, прикрытыми круглыми, полированными крышками.
