Новые условия только распаляли интерес и желание сначала понравиться, а потом уже полностью использовать плоды обоюдной симпатии. И Серега на глазах расцветал, просто лучился удовольствием от непрерывного флирта, стремился попасть на работу не только в свою смену, но и в выходные, приходил пораньше, уходил попозже… Все для того, чтобы больше времени проводить в столь приятном женском обществе. К слову, Ира тоже постоянно пропадала на работе, и постоянное присутствие Сергея рядом ее только радовало. А если что-то и вызывало ее подозрения, то она их успешно прятала. Видимо, предпочла из двух зол выбирать меньшее: ведь неизвестно, куда мужчину могли понести черти в его законные выходные, и Ирина и не узнала бы никогда, где он шатается, а так он всегда был рядом и у нее на глазах.
Глава 4
На Родионову он сначала не обратил никакого особенного внимания. Вернее, обратил, иначе сам бы себя не понял и не узнал, но девушка для него слилась с общим фоном, ничем особенным не выделяясь. Сергей кадрил ее больше по привычке, ставшей уже второй натурой, а не потому, что чем-то Арина ему запала в душу. Он точно так же улыбался и Гале, что работала в подчинении у Рины, и Тане, и Кате, и всем остальным, чьи имена с первого раза и не упомнишь.
Спроси, когда он вдруг остановил свой взгляд более пристально, чем обычно, мужчина не сразу бы и нашел, что ответить. Может быть, стало жалко девчонку, которую Ира слишком уж «душевно» распекала, у женщины была такая привычка нехорошая - найти «любимчика» и от души на нем топтаться, не стесняясь окружающих… А может быть, невольно зауважал Арину, за то, что хватило смелости и характера спорить с жесткой начальницей, отвечать на ее вопросы, не теряя достоинства и самоуважения. Да, конечно, это выглядело детским и жалким лепетом, когда несчастная девушка пыталась объяснить свою позицию, а Ира не давала ей и слова нормального сказать, откровенно издеваясь. Но Сергей слишком хорошо знал свою ненаглядную, слишком часто наблюдал такие вот ее концерты, и мог уверенно сказать, что большинство оппонентов сдувалось на первых же попытках оправдаться. Потом лишь молчали пристыжено, либо просили прощения и обещали исправиться как можно быстрее, а некоторые откровенно рыдали. Прямо там, не отходя от кассы, что называется… А эта чернявая, как ее про себя обозначил Сергей, глаза не опускала, носом не хлюпала, не рассыпалась на тысячи извинений. Да, терялась местами, да, расстраивалась, и видно было, как слова директрисы ее задевали, и понятно, что все дрожит внутри, как и руки у девушки дрожали… И голос ее дрожал, но ответы всегда были обдуманны и логичны, она не бросалась невыполнимыми обещаниями, не сочиняла оправданий на ходу. И даже вину свою вслух признавала, сообщая, что не знает, как к проблеме подступиться… Эта честность его и подкупила.
Если в первый раз он лишь просто наблюдал за происходящим, не вмешиваясь, во второй раз в чем-то поддержал Арину, в третий не смог умолчать и предложил свою помощь. Знал, чем обернется для него эта инициатива: Ира была злопамятной в принципе, а когда кто-то принародно осмеливался пойти против нее, он автоматически подписывал себе приговор о бесконечной вендетте. Да, Сергей понимал, что будет сложно. Однако, и раньше не бывало легко. А еще безнаказанность Иры слегка его достала. Хотелось иногда и поставить ее на место, не позволяя относиться к людям, словно те уж совсем бессловесные и бесправные твари. Может быть, взыграла обида за то, как его перевели в новый город, ни о чем не спросив, может быть, захотелось отомстить за всех, кого раньше на его глазах обижали… Сергей не задумывался о причинах своего поступка так глубоко, не в его это было привычках. Просто принял решение, что на этот раз он выступит не единым фронтом с Ириной, как она от него обычно требовала, а пойдет ей наперекор.
Нужно было видеть, каким гневным огнем зажглись глаза женщины, когда та поняла, что именно высказал вслух Сергей. Не поддержал ее претензии, а посмел с ней спорить. И помощь предлагать какому-то ничтожеству. Он практически наяву слышал мысли Ирины Петровны, но почему-то не страшно было, а хотелось улыбаться ее предсказуемости.
