Охота начинается полностью

– Это она дала кровь старым костям. – Слова лысой женщины словно наполняли жилище гудением. – Она призвала нас, ей нужна наша помощь.

Коффи не поняла, что она имела в виду, но остальные, похоже, уловили. Они начали перешептываться, бросая в ее сторону любопытные взгляды и прикрывая рты руками.

– Мы поможем ей, – словно провозглашая окончательное решение, объявила женщина. – Встаньте.

Это было одно простое тихое слово, но все женщины в круге тут же подчинились, поднимаясь на ноги. Коффи же осталась сидеть. Она не знала почему, но ноги словно пустили корни в пол, когда женщины в белом окружили ее, не отводя от нее пристальных взглядов.

А потом они начали петь.

Сначала песня была тихой и колеблющейся, как осторожные звуки флейты фула, но мелодия разрасталась. Как и с частицами света, которые Коффи видела до этого, она ощутила, как безымянная мелодия движется в воздухе – звуки песни, которую она не могла назвать, но знала. Она задержала дыхание, когда тона поднялись выше, мелодия карабкалась все дальше и дальше вверх, пока не достигла невозможного крещендо. Что-то мощное пронзило ее тело, и внезапно боль, которая гнездилась в нем, исчезла. На лице появилось странное ощущение, и только коснувшись пальцами щек, она поняла, что это слезы. Женщины в белом закончили петь, и седая опустилась на колени так, чтобы ее глаза оказались на одном уровне с глазами Коффи.

– Не плачь, девочка, – прошептала она. – Мы с тобой, всегда.

Последовала еще одна вспышка света – такая сияющая, что Коффи отвернулась. Когда она погасла, старуха, которая была рядом с ней, исчезла, как и остальные женщины из круга. Теперь хижина казалась странно пустой. Прошло множество долгих секунд, прежде чем Коффи смогла снова заговорить, потрясенная происшедшим:

– Они… исцелили меня.

– Конечно. Я ничего другого и не ожидала.

Коффи подняла взгляд. Она совершенно забыла о первой старухе. Она в своих черных одеяниях выглядела резким контрастом к белым, которые были здесь совсем недавно, но улыбка коснулась ее изможденного лица. Коффи почему-то подумала, что она выглядит даже моложе.

– Куда они делись? – Коффи встала, осматриваясь по сторонам. – И почему они мне помогли?

Старуха осталась на своем месте.

– Отвечать на первый вопрос я не вправе, – с печалью ответила она. – А что касается того, почему праматери помогли тебе… Дараджи присматривают друг за другом даже после смерти. Их связь с тобой родилась из старой, почти забытой магии – той, что еще не полностью потеряна.

Слова осели на Коффи, как пыль, и каждое создавало свой слой понимания.

– Вы знали, – прошептала она. – Вы знали, что во мне есть магия?

– С того момента, когда я увидела, как твой красивый друг несет тебя. – Старуха улыбнулась. – Если бы ты прожила столько же, сколько я, ты бы тоже знала, на что смотреть.

Коффи потерла виски, по-прежнему пытаясь вникнуть в ее слова, а затем внезапно что-то заметила. Порез, который рассекал ее предплечье… исчез. Кожа срослась, и так гладко, словно его вообще не было. Она растерянно подняла взгляд:

– Я не понимаю.

Старуха сложила ладони.

– Ты съела плод дерева умлеби без его согласия, – мягко объяснила она. – Яд, который содержится в его плодах, не такой, как в других растениях джунглей. Нужна огромная сила, чтобы изгнать подобное из человеческого тела. Я просто провела призыв – ритуал, который позволяет тем, кто еще связан с этим смертным миром, обращаться к тем, кто от него свободен. – Она многозначительно посмотрела на Коффи. – Ты дала кровь, значит, ты призвала тех, с кем она тебя связывает. Ты призвала своих праматерей, и они откликнулись.

– Моих… праматерей, – медленно повторила Коффи. – То есть моих предков? Эти женщины… моя родня?

– Некоторые более прямо, чем остальные, но да. – Старуха согласно кивнула. – Связь, которая призывает их, – это эфирная нить, связь крови, кости и души.

Коффи смотрела на нее, ощущая, как сказанное тяжело оседает в душе.

– Сила, которую праматери использовали, чтобы исцелить меня… У меня есть такая же сила, так ведь?

Старуха улыбнулась.

– У тебя всегда была эта сила, девочка. Если твои праматери что и сделали, то просто пробудили ее еще больше.

– Я чувствую это. – Коффи посмотрела на свои ноги и руки. Они выглядели такими же, как и всегда, но теперь по ним разливалось тепло. Оно доходило до самых кончиков пальцев рук и ног, и ей начинало казаться, будто она много часов просидела на солнце. Ощущение было чудесным, но пугающим. – Я иногда чувствовала его, но… оно будто постоянно протекало сквозь меня.

– Так и должно было быть, – сказала старуха – Как и всегда должно быть для истинной дараджи.

Дараджа. Коффи узнала это слово. Впервые она услышала его на рынке. Тогда она узнала, что магия существует, что магия есть в ней и может изменить ее жизнь. Она не спросила ту старуху на рынке Лкоссы – другую, не ту старуху, что сидела сейчас перед ней, – не попросила у нее помощи или больше информации, но во второй раз она не совершит эту ошибку.