– Спасибо. Увидимся за ужином.
Ки торжественно кивнула и исчезла.
Хэвил остановился рядом с Торраном.
– Где у вас болит?
– Правое колено. Это старая травма, которую я усугубила. Просто нужен отдых и лед.
– Я хотел бы осмотреть его, если вы не против, – тихо сказал валовец. – Возможно, смогу помочь.
Я вздохнула. Мне хотелось просто пойти на мостик, закинуть ногу повыше и не шевелиться, но я сказала:
– Пойдемте в лазарет. Мне придется снять ботинки и штаны.
Оба валовца замерли.
– Это проблема? Если да, то я с удовольствием поднимусь к себе. Вообще-то я бы предпочла так и поступить.
Я начала огибать их, намереваясь воплотить сказанное в жизнь.
– Нет, не проблема, – быстро заверил меня Хэвил. – Но вам не следует ходить, пока я не осмотрю ногу. Нет смысла травмировать себя еще сильнее.
– Я так передвигаюсь уже пять лет. Все в порядке. Как я и сообщила генералу Флетчеру.
– Удвист, – пробормотал Торран себе под нос.
Не успела я спросить, что это значит – судя по интонации, отнюдь не комплимент, – как генерал Флетчер наклонился и подхватил меня на руки.
Настала моя очередь замереть. У меня перехватило дыхание от его непринужденной силы. Мой левый бок был прижат к его груди, твердой, как стена. И когда я сообразила, что не следует позволять ему таскать меня, словно мешок с картошкой, мы были уже в коридоре.
Торран широкими шагами преодолел небольшое расстояние до лазарета, который нашел без всяких подсказок. Видимо, действительно изучил план корабля.
Он осторожно положил меня на смотровой стол и отошел.
– Спасибо, – пробормотала я. – Но в следующий раз, пожалуйста, сперва хоть самую малость предупредите.
Он приподнял бровь.
– И вы бы согласились, если бы я вас предупредил?
Нечем крыть. Вместо ответа я спрыгнула со стола, приземлившись на левую пятку, и нагнулась, чтобы расшнуровать ботинки. Выпрямилась и, скривившись, стянула их нога об ногу. Торран стоял как вкопанный.
Я начала расстегивать ремень.
– Так и будете таращиться?
Он расправил плечи и посмотрел на меня. Кажется, я отвлекла его от раздумий, и он вовсе не таращился. Я подавила легкое разочарование, прежде чем оно успело перерасти в нечто напрасное. Торран повернулся и вышел из лазарета. Дверь за ним закрылась, оставив нас с Хэвилом наедине.
Я сбросила штаны и снова забралась на стол. Нагота меня не смущала, и к тому же нижнее белье все равно закрывало все, что следует. Кожу вокруг правого колена – она даже в черноте космоса сохраняла золотистый загар – покрывало созвездие поблекших шрамов. Они служили живым напоминанием о том, что я сохранила ногу лишь благодаря везению.
Хэвил осматривал колено холодно и бесстрастно, как подобает врачу. С такого близкого расстояния я видела его глаза. Темно-карие, с широкими рыжевато-коричневыми прожилками. Добрые глаза, решила я, даром что отчетливо валовские.
Закончив осмотр, он встретился со мной взглядом.
– Что вы знаете о способностях валовцев?
Я не была уверена, с какой стати он спрашивает, поэтому не стала усложнять.
– Большинство из вас телепаты.
В уголках его глаз появились морщинки, но Хэвил не стал добиваться от меня более подробного ответа.
– Верно. Также некоторые из нас могут исцелять. Я ничего не могу поделать со шрамами, потому что они уже зажили, но способен помочь с внутренними повреждениями, если вы позволите.
– Они такие же старые, как и шрамы… – растерянно проговорила я.
Никогда не слышала о способности к исцелению, да еще и доказанной. По слухам, валовцы обладали куда более разнообразными талантами, чем нам было известно, однако большинство людей предпочитали в эти слухи не верить.
– Рана не зажила должным образом, и вы достаточно ее разбередили, чтобы я мог помочь не только с небольшим отеком. Полностью она все равно не заживет, но должно стать лучше.
– Зачем вам помогать мне? – настороженно спросила я.
Хэвил не только небрежно подтвердил существование способности, за которую ФЧП готова была убить, но и предложил применить ее на мне.
Его лицо выражало участие.
– Я целитель, вам больно, – просто сказал валовец. На мгновение замешкался, прежде чем продолжить: – Я чувствую вашу боль, и на защиту от нее уйдет больше энергии, чем на исцеление. Я уже исцелил Эли и Варро. Можете обратиться к Эли, если у вас есть сомнения.
Я мысленно отметила тот факт, что Хэвил – эмпат, и поступила именно так, как он предложил. Эли субвокально подтвердил, что чувствует себя прекрасно и что испытал «покалывание», но в целом процедура была неинвазивная.
Я отключилась от Эли и укрепила свои ментальные щиты. Кивнула Хэвилу.
– Если вы готовы попробовать, то я буду благодарна за помощь.
Он возложил ладони на мое колено с двух сторон.
– Вы можете почувствовать легкое покалывание, но оно не должно быть невыносимым. Иначе дайте знать, и я подстроюсь.
Тепло перешло в слабое жжение, сопровождаемое покалыванием, о котором говорил Эли. Оно усилилось до жгучей боли, и я судорожно втянула воздух. Мои щиты остались нетронутыми.
– Извините, – пробормотал Хэвил. – Еще немного потерпите, если можно.
