И он накинул на нас Полог незаметности. В темноте я разглядела две крадущиеся фигуры. Надо отдать им должное, они сообразили, на кого охотятся… и попытались приглушить свой приторно-сладкий медовый аромат, но тонкая струйка, просочившаяся сквозь неполные (а как же иначе они будут применять свои способности) Щиты, мгновенно их выдала. И я ни капли не поверила этим пытающимся изобразить обычных загулявших людей Ловчим. Чтоб замаскироваться от Высшего Оборотня, способного взять след, нужно что-то более сильное, чем обычные, оставляющие четкий флер чары. Они прошли мимо, даже не обернувшись… не способны чуять… к счастью.
-Патруль, – прошептал Павел, вжимая меня в стену, и обессилено прикрывая глаза…
Опять?
– Ну же, только не вздумай падать в обморок, как девица! – простонала я, когтями впиваясь в его спину.
И тут что-то случилось…
Неровная штукатурка, холодящая лопатки, тяжесть навалившегося тела… и близко-близко черные, бездонные глаза, в которых пляшут завораживающие алые искры голода. Нервные, чуткие пальцы, поглаживающие шею. И тихая просьба:
– Ты позволишь?
Разве я могу отказать?… Молча откидываю голову назад и вбок, так, чтоб видеть улицу. Павел медленно наклоняет голову и очень нежно касается губами бьющейся на шее жилки. Совершенно машинально обнимаю его за талию, затылок удобно ложится в ладонь…
Глубокий вдох… мир сдвинулся, когда кровь начала покидать меня.
Странно…
Почему-то сейчас это не так больно, отрешенно подумала я.
И со стороны мы похожи на страстно обнимающуюся парочку влюбленных… Все глубже погружаясь в тишину и спокойствие полусна-полусмерти, поняла, что почти не ощущаю собственного тела. Дергающая боль в шее все отдалялась… я уже потеряла счет времени и глоткам, по груди потекла струйка горячей крови. Но это совсем не важно…
Какое-то движение вывело меня из забвения. Воздух колыхнулся, донеся до меня горячую волну чьего-то недовольства … Припозднившаяся парочка направлялась прямо в этот подъезд. Я слабо шевельнулась, пытаясь высвободиться, и привлечь внимание Павла… запустила руки в спутанные волосы вампира, и губы изрекли почти без участия разума:
– Кто-то идет…Прервисссь…
Вампир поднял голову, блеснув клыками, облизнулся… Мельком оглянувшись, он принял какое-то решение, и в момент, когда люди хлопнули входной дверью, прильнул к моим холодным губам в поцелуе. Я возмущенно дернулась и хотела что-то сказать, но… новые, потрясающие ощущения накатили бурной волной, смывая остатки сознания.
Восхитительно, непередаваемо…
Аромат опасности, крови и смерти окутал меня, страсть породила вихрь, раскрутившийся и безумной волной пронесшийся сквозь тело.
Хлопнула дверь, люди прошли мимо, брезгливо передернувшись…
Все-таки разумом я отметила, что поцелуй весьма умелый, но какой-то равнодушный…
Непорядок…
Низменное, жаркое желание требовало реализации… немедленно! Довольно заурчав, я ответила…
Да, за двести, или сколько там лет, можно научиться многому… но и я не монашка-отшельница!
Оторвались мы друг от друга с трудом нескоро… мягко говоря, слегка ошеломленные. Правда, говорю только за себя. Не ожидала от своих бунтующих инстинктов такой подлости! И это притом, что вампира я как партнера раньше категорически не воспринимала…
Следующие полчаса прошли в напряженном молчании. О чем думал Павел, хмуро замерший напротив, только Сотворивший знает. Я искренне надеялась, что он спишет произошедшее на стресс, вот только самой мне очень трудно было найти причину гормонального взрыва…
– А вот и Жером, – облегченно пробормотал Павел.
Я выглянула за дверь…
Действительно, по улице медленно ехал знакомый Ситроен с подмосковными номерами, прятавшийся раньше в гараже Поющего. Остановился у телефонной будки… В выскочившей под свет фонарей фигуре без труда узнала альва. Он настороженно огляделся… и уже собрался было уезжать, когда мы дружно вышагнули из подъезда ему навстречу.
Свернувшись клубком на заднем сидении, я напряженно думала…
Пьющие кровь, они же вампиры, бывают разные. Высшие и низшие, рожденные и обращенные, старые и молодые. Вот только полукровок не бывает почему-то… смешение двух рас невозможно. Обращенные – раньше бывшие людьми, те, кого выпили почти досуха, а потом сделали, так сказать, переливание крови, изменяющей их.
Самые классические в человеческом понимании – это молодые обращенные низшие. Они не любят солнечный свет, кровожадны, ибо еще не научились пополнять энергию другим способом, необузданны, потому что ощутили вдруг свое превосходство над человечеством. В общем, не самые приятные личности.
А всех прочих можно в той или иной степени отнести к энергетическим вампирам, подпитку получающим напрямую от ауры жертвы. При этом ее совсем необязательно замучивать до смерти.
Темные и светлые рода практически полностью иммунны к мутагенному воздействию вампирской крови, но могут порождать общее потомство весьма экзотического вида, что категорически не приветствуется и считается нарушением Маскарада со всеми последствиями.
