– А, – я махнула рукой, волоча ее к выходу. – Маг – своего убийцу и убийцу твоих родных, и всех прочих…
Мысли скакали спутанными клубками и безумными мячиками.
Что делать дальше – я не знала. Ловить убийцу на себя, как на живца?
А, нет.
Что там я планировала? Узнать, кто подал идею сбора Анклавов, кто и когда познакомил гламурную русалочью молодежь с сестрой Марины… Хм, может, их можно откинуть, заменив на один – кто приехал с протектором Свертхальде? Нет, не получится. Второй мог прибыть отдельно, и не светиться в нашем обществе, на Конклаве.
Но то, что ему однозначно доверял неслабый маг… Ведь второй присутствовал при ритуале, хм, Родового Поиска, нарушил его ход… накинул ограничитель силы, вытянул силу и суть из патрона и пошел убивать родичей первых жертв. Так?
Кубарем скатившись по лестнице, мы вывалились в пекло, с топотом промчались по улочке, свернули в какой-то двор, замерли, прижавшись к горячей стене, скрытой густыми колючими шиповниковыми зарослями.
Тяжело дыша, Марина спросила:
– У вас всегда так… весело?
– Я Одинокий Охотник, – прислушиваясь к разрастающемуся шуму милицейских сирен, пробормотала я. – Со мной и поинтереснее вещи происходят. Пойдем-ка, похоже, у почти покойного мага бдительные соседи. Или это Сев постарался?
А сама замерла, озадаченная одним интересным фактом.
Убийца знает два ритуала лишения Сути и Силы. Разных Родов, если Карающих можно к таковым отнести. Хм, где набрался, учитывая, что созданный Зовущим в море наверняка был запрятан в потаенные архивы. Да и блюстители Маскарада сведениями не торгуют…
Пока я стояла, пытаясь изобразить из себя следователя, моя подопечная привела лицо в порядок. Волосы прибрала, макияж поправила, кепочку поглубже натянула. А глаза-то у нее заблестели, щеки разрумянились, страх и обреченность куда-то схлынули, да и жалостливая песнь ее силы как-то поутихла.
Адреналиновая наркоманка, поставила я диагноз.
Значит, будем отвлекать дальше, раз мотания по ставшему вдруг опасным городу так ее отвлекают от воспоминаний.
– Ну и куда мы дальше? – спросила девушка, заметив, что я вернулась в реальность.
– В библиотеку.
– Зачем?
– Ну… переждать надо. Заодно, может быть, что-то умное вычитаем. А вечером пойдем, пообщаемся… – неожиданно я хлопнула себя по лбу. – Черт! Я же работаю…Моя смена.
– А где ты работаешь? – с нездоровым интересом вопросила девица.
Я хохотнула.
– Официанткой в кафе на набережной.
– О… – а сколько разочарования в голосе. Что она там надумала про меня?
– Знаешь ли, Охота охотой, а кушать хочется всегда. Пошли.
И мы пошли. Отсюда, из малолюдных закоулков оказалось совсем недалеко до вокзала и пустующего кафе на Аллее Героев. Заскочив на веранду, я огляделась и убедилась, что кроме случайных посетителей, с большим удовольствием поедающих мороженое из хрустальных креманок, никого нет. Кивнула скрывающейся под обыденной иллюзией официантке, подтянула ее поближе, отловив за стойкой и прошептала на ухо, не обращая внимания на терпкий аромат страха, расползающийся от нее:
– Есть кое-что новое. Спешу, бумаги принеси, оставлю записку.
На извлеченном из-под стойки листе торопливо начеркала извинения для Сева, на втором – изложила следователю –сирину возникшую идею. Сложив оба клочка в кривоватеньких журавликов, надписала крылья.
– Передай, – и, развернувшись, сбежала.
Тайное хранилище знаний пряталась в старой пятиэтажке, вросшей в землю почти по окна первого этажа. Над темной дверью висела буквально вбитая в кирпич вывеска, на которой грязно-белыми буквами сообщалось, что это – районная библиотека. На табличке, видневшейся в пыльном окне, проглядывала надпись: «Закрыто на ремонт».
Потянув за тяжелую створку, скользнула внутрь, затаскивая нервно озирающуюся девицу. Она что-то такое чувствовала… И я тоже… Будто невидимая удавка затягивается на шее, или густая сеть черной вуалью накрывает город, лишая воздуха.
В пахнущую смолой и масляной краской прохладу нырнула с охотой, старательно зажимая нос и подавляя подбирающийся кашель. Марина же не сдержалась и замерла посреди пустого помещения, оглашая его чихом и поднимая с пола клубы пыли. Серая грязь разводами оседала на пустых полках, высоких обвислых пальмах и бледно-синих стенах.
Дождавшись тишины, потащила девушку дальше. Запачканная ободранная дверь вывела в узкий коридор, удивительно чистый. Обернувшись, полюбовалась на грязные серые следы, оставшиеся на отполированных плитках.
– А? – Удивленно протянула Марина, слишком медленно перебирая ногами и настороженно оглядываясь.
– Давай, давай… пошли, – обернулась, раздраженно постукивая пальцами по стене. Уставилась на упершуюся, как маленький ослик, девицу. – Ну что?
– Разве это все не должно быть… ну, тайным? – она выдохнула с придыханием. Любопытство и настороженность играли в ней, выплескиваясь игривой песенкой.
– Хм, думаешь, если б мы были не мы, мы бы вошли? – и дернула ее за руку. Обиженно всхлипнув, недорусалка потерла запястье и двинулась следом.
