Ночью, помимо дождя, разразилась свирепая гроза, и интуиция подсказывала Иену, что это все неспроста. Он чувствовал, как валится с ног, и, пока Марк отмечал упущенный праздник летнего солнцестояния в пивнушке, Иен снял мансарду в какой-то гостинице и попытался проспаться, задавливая голод. Непогода буйствовала, взрываясь раскатистым хохотом грозы, выстукивала дождевой водой в окнах стихийной чечеткой.
Иен зажмуривался, тщась заснуть, но реальность не отпускала. Приоткрыв уставшие глаза, он периферийным зрением заметил какое-то движение в темноте комнатушки. Он встал, зажег лампу и заметил крохоборов, эти дюймовые человечки утаскивали мышиный трупик в дыру в обоях.
Он достал карманные часы, чтобы посмотреть время.
- Только час ночи, - выдохнул он.
Он приоделся и покинул гостиницу раньше времени. Промокнув до нитки, он дошел до ближайшей ночной пивнушки, где надеялся отыскать Марка, и желательно живого. Как там было накурено и воняло мочой, которую по ошибке называли пивом! Марк отрывался в конкурсе выпивох. И из девяти участников уже шестеро протянули ноги с алкогольным отравлением, а Маркус еще только разогревался. Самая короткая ночь в году для нищего пролетариата всегда была поводом бесконтрольно накачаться в дешевых барах, чтобы на следующее утро их бездыханные и подъеденные русалками тела вылавливали из речных каналов. Изнурительный труд на железных дорогах и в металлообрабатывающих цехах за ничтожные гроши - вот удел каждого из них, это их жизнь, хотя жизнью в полном смысле слова это трудно называть. Иен приметил инспектора, сидевшего в дальнем конце зала и склонившегося над разложенными на столе бумагами, и подсел к нему.
- Не удалось отоспаться? - хмыкнул он, глядя на краснючие сонные глаза Иена.
- Нет. Удалось идентифицировать воровку?
- Возьмите, - он передвинул ему железную кружку с грязной жижицей, пахнущей размокшим деревом. - Кофе, какой есть.
- Благодарю, однако. Так что воровка?
- Идентифицировали, - кивнул он и подложил ему папку с личным делом. - Это все странно. Констанца Живаски, она родилась здесь, в Каннескаре, два года назад как сквозь землю провалилась. Официально она имеет статус "пропавшая без вести".
- Немаг? - удивился Иен, просматривая дело.
- Если и да, то нелицензированный маг. После получения статуса "пропавшей", дом ее был выставлен на перепродажу. У нее нет никаких родственников, а выкуплен дом был Хараллем Йенсеном.
- А это еще кто?
- Какой-то промышленник. Но он там не живет, и им выкуплено много помещений в Каннескаре. И вот, Живаски объявилась. Возможно, пока в ее старом доме никого нет, она там и перекантовывается.
Прозвучал победоносный клич, Марк выиграл в сомнительном соревновании, сделав непреднамеренно своих соперников недостаточно живыми и немножко мертвыми. Они перетравились ужасным пойлом, сделанным, вероятно, из разведенного водой спирта на коровьем помете. Высококлассный врач, что уж там. После Лоренсен вызвал полицейских и объявил, что они едут к дому подозреваемой в Старый квартал. Безжалостный ливневый поток лил как из ведра, отбивая серебристыми струями холодной воды гневный аллегро по мощеным мостовым и асфальтовым дорогам.
Оказавшись на месте, они вышли из комфортабельного салона самохода навстречу неприветливой ночи и направились к косому двухэтажному дому по грязевым колеям и размытому тротуару.
Дом из серого кирпича, глядел бездонными впадинами оконных рам на мелькающие полусферы света от ручных ламп полисменов. Они выбели входную дверь, вошли внутрь. Внутри Иен еще больше озяб, в помещении было холодно. Ободранные обои покрывались вздувшимися волдырями, а промозглый воздух отдавал загнивающими стенами и мхом. Продавленный диван тянул перепрелым сыром, из кухни исходили тошнотворные запахи испражнений, мочи и испорченной еды.
- Странно, - пробормотал Лоренсен. - В этом доме вообще никто не живет два года, но складывается ощущение, будто гораздо дольше.
- Я чую остатки еды, - вдруг произнес Иен.
- Значит, кто-то здесь все-таки проживает.
Он принюхался и обнаружил еще больше запахов, скрытых за уродливыми стенами, дающих ему понять, что внешняя обшарпанность и неприглядность дома это лишь чья-то мастерская декорация.
- Очень слабо, но я чую здесь присутствие людей. Минимум двое, - подтвердил он. - Мужчина и женщина. Кроме того, дом насквозь провонял магией.
- Иен, думаю, тебе следует взглянуть на это, - пробурчал Маркус.
Он подошел к нему.
- Смотри, - он отдернул в сторону запылившийся коврик, и тогда в нос Иену ударил знакомый сладко-приторный запах. - Функциональный круг.
И верно, на полу потемневшей кровью был вырисован буквенный многогранник, он лил в потолок невидимый столп магической энергии. Немного походив по обоим этажам, Иен разыскал еще три функциональных круга.
