Оторванная голова Леопольда лежала в сторонке и смотрела на все происходящее с гримасой горечи и обиды.
* * *
С событий, названных Каннескарским инцидентом, прошел ровно один месяц.
Грозди военных дирижаблей висели над рокочущим мегаполисом.
В первый же день половодного сезона Иена Маршака разбудил гудок шифровальной машинки, подключенной к линии телеграфа. Весь последний месяц он, а с ним апотекарь Маркус и Ханна, работали день и нощно, вовсе позабыв, что такое сон. Анна отправилась в столицу империи к самым лучшим секретарским докторам, сняв с Иена свой надзор.
Иен поднялся, открыл окно, впуская в номер респектабельной гостиницы с видом на Имперский канал, немного студеного воздуха. "Проходной двор" Арни был разгромлен, и оставаться в нем было неудобно, и они переселились в благополучный район Каннескара, где не беспокоили банды Иных. К тому же, после нескольких актов насилия и грабежа со стороны нелюдской нищеты в черте восточных кварталов, власти разделили человеческую половину города от Иной стеной с колючей проволокой под напряжением, и ждали, пока бедняки не поутихнут. Соответственно полицейским снова выдали огнестрельное оружие, военные патрулировали улицы, а экзорцисты продолжали чистку от духов. Уничтожить всех прокоптусов им с трудом удалось, они быстро расплодились.
После быстрого и довольно-таки скудного, особенно для гостиницы такого высокого уровня (все из-за продуктового кризиса) завтрака с кофе, они отправились вверх по каналу в квартал благородных, что находился через Имперский мост. Полицейская самоходка еле тащилась, чихая и кашляя, термические печати на водяном баке стерлись и плохо грели в нем воду, ржавчина начала захватывать трубы, инженеры давно не осматривали машину. Никакой чуждый запах не тронул блаженный покой богатеев и дворян разного порядка, от мелких сошек до ближайших родственников самого экзархия. Эта часть города как будто не знала обо всех ужасающих событиях последнего месяца.
Скоро коляска самоходки на очень больших задних и маленьких передних колесах с двумя глазищами-фарами, делающие ее похожую на очкастого книжного червя, встала у ворот губернаторской резиденции. Они спешно покинули пахнущий кожей салон и вышли по нефритовой дорожке, пробираясь через дебри папарацци и магниевых вспышек. Когда они оказались за автоматическими воротами, и те с жалобным лязгом закрылись, впереди раскинулась широченная эспланада с вечнозелеными лужайками, и темные стволы нагих деревьев, и сам дворец - жемчужина Каннескара.
Центральный фасад с ребрами высоких оконных рам от земли до самой крыши был живописно украшен характерными рельефами-гирляндами на молочном камне по форме плетей колючей розы. Серо-гранитные колоннады по обе стороны от центрального здания расходились полукругом и соединяли два побочных корпуса поменьше главного корпуса с пристройкой конюшни справа и маленькой обсерваторией слева. Шапкой дворца служила огромная оранжерея зимнего сада прямо над третьим этажом точно стекольчатый улей. В свете солнца, полыхающего в море лазурно-сапфирового неба, окаймленного штришками куцых облаков, шатры оранжереи отсвечивали и переливались подобно перламутру.
У мраморной лестницы, ведущей к входу во дворец, они наткнулись на Лоренсена и, сопровождающую его, полицейскую свиту.
- Детектив-инспектор, - Иен дал руку для рукопожатия и почувствовал его хватку железных пальцев. - Вас неплохо подлатали.
- Верно, хотя никак не привыкну к этой штуке, - он постучал по импланту глаза. - Хоть видит как раньше, но в зеркало страшно смотреть на этот бильярдный шар. Только сейчас, когда вы меня тронули, в глазу потемнело, но, я так понимаю, это все ваша аура?
В отличие от Иена и любого другого ауто-да-фера обычные люди восприимчивые к магии, могут заменять свои части тел, если деньги или льготы позволяют, глаза, руки-ноги и так далее, и пользоваться ими так, как будто это были их родные части.
- Так и есть, - улыбнулся Иен и спросил: - Что вы тут делаете на входе?
- Гнусные гарды не пускают, говорят, не юрисдикция полиции! - зашевелил усами он в гневе. - Не наше дело это, говорят, как же! Генерал-губернатор мертва, и прокуратор мертв, нашли его сегодня утром в его постели с остановленным сердцем вместе с женой и детьми, и в городе твориться полный бардак, и это, видите ли, не наше дело!
- Роккет Волох мертв? Этого не знал, - Иен нахмурился. - Я попаду в яблочко, если предположу, что криминалисты уже определились, что здесь замешана магия?
Он кивнул, вытирая платком свой наморщенный лоб.
- Я сам узнал вот только что, я с раннего утра пытаюсь попасть внутрь дворца, а о смерти прокуратора стало известно после моего отъезда. Эти гарды помешались там, не дают мне делать свою работу, вечно у них своя игра.
Так оно и было, имперская гардиана не подпускала ни полицию, ни сыщиков, никого к делам, хоть как-нибудь связанным с аристократами и уполномоченными лицами тайной полиции. Но Иена-то с его людьми они не подпустить не могли, тайные агенты на порядок выше их самих по полномочиям и статусу в глазах Его величества экзархия.
