Контейнер встретил ужасающей вонью нечистот и запекшейся крови. Несчастных пленников намеренно держали в нечеловеческих условиях, чтобы после превращения никто не оказался бесформенной массой, как тихий торговец с простудой, чью жену пришлось отправить в тюрьму Цитадели. Нет, здесь намеренно готовили, выковывали монстров повышенного класса опасности. Настоящих монстров онрё.
На прелой соломе читались следы ног, разводы кровавой рвоты, а потом отметины когтей – так и случалось превращение. Вполне вероятно, что поверженному «ежу» втыкали ножи в руки и ноги да загоняли иглы под кожу для пущего эффекта.
Интересно, как выбирали кандидатов? Шли они добровольно ради общего дела или якудза пытали безвестных пленников, пойманных в трущобах?
Джоэл не догадывался, но и сосредоточиться на мыслях не позволяла ситуация: стрелы все еще беспрестанно летели каждую секунду. Судя по запаху, изворотливый лучник зажег один из наконечников. Контейнер мешал обзору, а отсиживаться в ожидании конца боя Джоэл не привык. Да еще внутрь потянулся едкий дым. Бунтовщики наверняка злорадствовали, превратив укрытие в горящую могилу. Путь к отступлению был отрезан: пламя моментально охватило просмоленные доски. Джоэл кинулся к противоположной стороне и выскочил наружу, выбив расшатанную сомном стенку. Но вместо спасения он оказался в настоящей давке: военные прорвались за баррикаду.
Охотники уничтожали сомнов, лучники и арбалетчики вели перестрелку. Ящик будто выкинул Джоэла в другой мир. Времени на раздумья не осталось. Охотник слепо наносил удары, ориентируясь только по форме. Сомны собирали вокруг себя небольшие группы, которые атаковали их со всех сторон.
Самого Джоэла кто-то ткнул в солнечное сплетение, выбив воздух из груди. Он едва не упал, но замедлиться хоть на миг в этом страшном танце смерти означало отдать себя в ее власть. И он шел дальше, и не просто шел, а сражался. Когда хочешь жить, рубиться можно и со сбитым дыханием, и с ноющими коленями, и с помятыми ребрами. Джоэл уже не чувствовал, где и какие раны на теле. И только благодарил, что все еще действуют стимуляторы: они давали хоть какое-то преимущество.
– Джо! Где ты? – казалось, доносился откуда-то вопль Ли. Джоэлу хотелось верить, что друзья уже добрались до «крепости».
– Ими нельзя управлять! Идиоты! – рычал Джоэл, рубя направо и налево бунтовщиков и сомнов. Рядом упали трое солдат, пропоротые единым ударом когтя. Одному снесло полголовы, другому насквозь раскроили грудную клетку. Третий еще трепыхался, Джоэл попытался поднять его, но в плечо едва не впился арбалетный болт, а через миг длинная стрела добила солдата.
Джоэл развернулся и запалил гранату, пока хватало времени, и верным броском закинул в ближайшее окно: он всегда безошибочно определял, откуда стреляют, за что снова благодарил стимуляторы. Грохот взрыва потонул в общем гуле.
Пушки больше не использовали, ядра закончились, и вскоре даже от луков не стало толка. Все слилось в едином смешении грязных измученных тел. Джоэл прорубался вперед, к «крепости». Оставалось немного: всего одна решительная атака, способная переломить ход восстания, – единственное утешение. Враги рассчитывали на помощь сомнов, но только посеяли панику в своем лагере. Добраться бы до главарей и сокрушить всех чудовищ. А уж мелких бандитских крыс постепенно отловили бы патрульные от гарнизона. Но пока все крысы скопились на тесной площадке двора. Все рвались к стене, к трехэтажной «крепости», которая прилепилась одним торцом к каменной кладке.
«Что, если они выходят в Хаос? И оттуда берут монстров?» – подумал Джоэл, но атака очередного сомна опровергла его предположения. Он срубил чудовищу голову, довершив работу другого охотника: из бока монстра торчал чей-то меч. Нет, бунтовщики использовали людей. Монстр рухнул и немедленно превратился в человека с неестественно вывернутыми руками и ногами. Но тело тут же затоптали.
Новый враг обрушился на Джоэла с тяжелым двуручным мечом. Откуда только добыл? Будто из кургана. Клинок покрывали пятна ржавчины, но ломаться тот не спешил. И противник попался высоченный и широкоплечий. Джоэл тоже не отличался хрупким телосложением, но отметил, что уклоняться от беспрестанно летящих со всех сторон ударов тяжело даже со стимуляторами. Если бы еще не мешала толпа, он бы рубанул от души, как следует. На дворе не оставалось места, чтобы развернуться для решительного мощного выпада.
Джоэл принял удар меча, спустил клинок до самой рукояти и резко повернул, блокируя запястье противника и ударяя его ногой по колену. Тот слегка отпрянул, опешил, но меча не выпустил. Джоэл освободил клинок бандита, но новый выпад не последовал. Промедления хватило, чтобы снести голову – иначе Джоэл просто не привык. В пылу сражения для него не существовало различий между сомнами и бунтовщиками. Некоторым для превращения в чудовище не нужен свет Красного Глаза.
