Хотя внешне Джоэл бродил по Цитадели безразличной тенью. Архивариус выдал ему подшивку из старых материалов, но о семье Ленц по-прежнему ничего не удалось выудить. Джоэл перебирал скудную информацию, которую уже читал сотни раз, выявлял возможные несоответствия.
Иногда копание в пыли прерывали визиты Ли. Его выпустили на следующий день после бунта в трущобах, а он добровольно остался в Цитадели. Друг хотел, чтобы их снова заперли в одной камере, но по приказу верховного их разделили. Ли отправился патрулировать улицы, совершенно один, хотя ему пытались навязать временного напарника.
– Что нового там, снаружи, а, Ли? – поинтересовался Джоэл, когда скрипучая дверь архива отворилась. Из-за нее показался напарник, точно принеся с собой отпечаток весеннего ветра.
– Полтора рудокопа, – с порога начал он, неприязненно морщась. Обычно он спокойно воспринимал то, что видел на дежурствах.
– Это как? – не понял Джоэл, отодвигая папку с делом Зерефа Мара. Желтая бумага, сделанная из старых тряпок, прошелестела по зеленому сукну рабочего стола.
– Обыкновенно, – пожал плечами Ли, бесцеремонно схватив ближайший стул и садясь напротив. – Происходит Хаос не пойми что. Теперь кошмары шатаются по улицам как вздумается. Ловцы Снов им уже нипочем.
Джоэл сжал кулаки на столешнице, почувствовав, как под сердцем смерзся комок холода: он сидел здесь, за толстыми стенами, пока друзья рисковали собой. Шатался от карцера до архива и три раза на дню сдавал кровь, точно подопытная зверушка. Ученые исследовали изменения состава под микроскопами. Но все знали, что обращавшиеся вплоть до роковой ночи ничем не отличались от родных и соседей.
– Как так вышло? Военные мешают вешать Ловцы Снов? – резко бросил Джоэл. Ли закинул ногу на ногу, порывисто скрестив руки на груди, точно закрывшись в скорлупу, и вскинул голову.
– Нет. Пока все затихло. Но… Что-то происходит. Не знаю, Джо. – Он протяжно вздохнул и подался вперед, с трудом стараясь сохранить беззаботность тона. – Патрулирую я, значит, квартал Шахтеров. И тут часа в три ночи мне навстречу идет мужичок с киркой. Ну, я думаю: какой-то шахтер припозднился или с ним что-то случилось… Приближается… Оказывается, не один. Идет в четыре ноги с «довеском».
– Каким еще «довеском»? – смутился Джоэл, смутно представляя, как человек способен разгуливать в четыре ноги, да еще с инструментом.
– Рядом с ним шагает половина человека, – осклабился Ли, но нервно дернул плечами. – Отрубленные ноги, проще говоря, потроха за собой тащит… Вид еще тот… – Он снова поморщился, точно давя спазм. – И вонь, как от лежалого трупа. Идут рядом, будто просто друзья, вот будто ничего со вторым ублюдком не произошло.
– Хаосов мрак… – только выдохнул Джоэл, а Ли молча покивал ему, не найдя иных бранных слов в подтверждение.
– Я решил: сомн, – продолжал он. – Выхватываю меч, рублю – рассеивается. Оказывается, обычный кошмар. И вот такое дело уже третью ночь. Кошмар! Который должен в сети барахтаться, а не разгуливать по улицам!
Джоэл задумался, перебирая смутные образы из памяти, вскоре встрепенулся:
– Это старик Грег. У него в том году погиб напарник. Того бедолагу завалило в шахте, только ноги и остались торчать, как Грег сам рассказывал. Да, полтора рудокопа… Помню, как же. Обычно его сны оставались в Ловцах Снов.
– Вот именно! – Ли хлопнул по столу, едва не сметя аккуратно разложенную стопку личных дел. – А сейчас с Ловцами что-то творится. Или со снами.
– Думаешь, это из-за Вестника Змея?
– Или из-за бунтов. Все ложатся спать в тревоге. Я уж сам боялся, что дом спалит кто. В квартале Охотников тоже поджоги были.
– Но не спалили?
– Нет, – помотал головой Ли, вновь скрещивая руки и ноги, точно не желая показывать свою усталость или подавленность.
– Ты хоть там ночуешь? Дома? – спросил Джоэл, внимательно всматриваясь в лицо друга. Под глазами у него залегли глубокие черные тени, щеки совсем ввалились, отчего высокие скулы торчали острыми выступами. Они ведь оба так и не отдохнули после бунта в юго-западных трущобах.
– Да какой это дом, пока ты здесь заперт… – дернулись уголки губ Ли. Он прятал глаза, поводя плечами.
– Ночуешь? Не в Цитадели уже? – настаивал Джоэл. Он не желал представлять, что Ли из глупой солидарности мучается в тесной клетке с ремнями. Без предписаний начальства не стоило терзать себя в часы отдыха.
– Ну… Да. Сегодня планировал там поспать, – неуверенно пробормотал Ли. – Вот уже собирался, только тебя проведал сначала.
– Правильно. Не надо мучиться вместе со мной, – кивнул Джоэл. Но Ли только поднял глаза и, перегибаясь через стол, прошептал:
– Джо, я не хочу, чтобы ты мучился. Может, я с Уманом поговорю? Может, я могу позвать Батлера и Энн, устроим скандал верховному… вызволим тебя отсюда. Ну, может…
Ли с силой сдавил руку, но быстро отстранился, когда из-за стопки книг вынырнул архивариус.
– Ничего не надо, Ли. Скоро все само собой прекратится. Это не стоит твоих усилий, – вполголоса увещевал Джоэл, рассматривая, как тусклая настольная лампа отбрасывает полосатые блики на посеревшее лицо напарника.
