Несколько раз им попадались обугленные отметины и полосы от когтей. Но все зацепки вели в никуда, следы уже остыли, и возникали опасения, что тварь переместилась в другую часть города. С маскировкой и умением стремительно двигаться для Вестника Змея это не составило бы труда. Впрочем, там тоже ждали поднятые по тревоге охотники. И от общего состояния напряженных поисков Джоэла охватывало все нарастающее беспокойство: от одного упоминания трехметрового создания верховный охотник не пожалел поднять всех, включая тренеров академии и охотников в запасе. Словно он ждал такой новости, предчувствовал появление этого невероятного существа.
– Мы ходим кругами! Что вы видели? – сердилась Энн, высматривая следы. Они уже несколько раз обошли место, где Джоэл нашел Джолин. Но там лишь валялись булочные крошки, кусочки ткани с подола ее изодранного платья да вывороченные из стены кирпичи. На вид проулок замер и представлял интерес только для следователей, но Джоэл чувствовал отголоски темной ауры. Он улавливал ее, когда в сознании яркой вспышкой возникал бесконечный огонь. Ли тоже что-то ощущал, временами сдавливая голову и устало растирая шею. Так они и ориентировались, но никого не находили.
Вдруг незримое пламя окутало Джоэла яркой волной, охватило колючей проволокой сковывающего ужаса. В горле застрял крик, и ужин все-таки выплеснулся на мостовую горькой желчью с кусочками жесткой морковки. После рвоты не полегчало. Ощущение неизбывного всепоглощающего кошмара лишь нарастало, вздыбливаясь стенами едкого дыма.
– Джо! Что с тобой? – воскликнули на разные лады друзья.
– Ты ранен?
– Это все крысятина! Говорю я вам…
Но Джоэл оборвал их нечеловеческим ревом:
– На телеграфную станцию! Быстро!
Команду никто не обсуждал, все понеслись по улице, увлекаемые, как порывом ветра, нарастающим ощущением непоправимой беды. Она летела впереди них. Потом раздался приглушенный звон стекла.
– Следы! – вдруг заметила Энн, обернувшись на звук.
– Искры свежие! – ухнул Батлер.
Цепочка черных тлеющих отметин перечертила улицу, со стен домов лабиринтом трещин скалились царапины от когтей. Кое-где попадались распотрошенные в щепки ящики, снесенные парусиновые тенты и сбитые вывески. Монстр явно не шел, а бежал. Потом взору отряда предстало куда более жуткое зрелище.
Оно началось с трупа ездовой собаки Батлера. Пса разорвали пополам, он лежал с вываленными внутренностями, сквозь которые просматривался вывороченный и несколько раз сломанный хребет. Батлер глухо застонал, когда, пройдя дальше, наткнулся на труп еще одной собаки. И второй, и третьей. Они протянулись зловещей цепочкой. Их размотанные кишки вели жуткой указующей нитью к станции, вокруг которой расплескались осколки выбитых окон и клочки бумажных лент. Сорванная с петель стальная дверь врезалась в край крыши соседнего дома, а телеграфный аппарат пробил витрину аптеки на другой стороне улицы.
– Нет! Не-е-ет, – простонал Джоэл.
Его попытались удержать, призвать к осторожности, но он почти в бессознательном состоянии кинулся к развороченной конторе, готовясь к самому худшему. Хотя в душе не желал верить страшным и очевидным предположениям.
– Старик… – выдохнул Ли, когда вошел следом и задел ногой обезглавленный труп. Тело несчастного буквально разорвали на куски, которые медленно стекали по окровавленным желтым стенам.
– Джолин! – нечеловечески взвыл Джоэл, глядя на мешанину перемолотых когтями органов.
– Оттащите его! – скомандовала Энн, хотя голос ее дрожал. Но никто не посмел.
– Не дотрагивайся! – прорычал Джоэл. В тот миг он как никогда был близок к обращению. И не нужны для этого клыки, копыта или когти. Внутренний монстр рвался наружу от отчаяния, сдирая заживо кожу, выкручивая хребет, как у растерзанной собаки и убитого телеграфиста. Неужели среди этих искореженных останков затерялось и тело Джолин?
Джоэл завыл, когда наткнулся на искромсанный в лоскуты зеленый плед. Рядом с ним в таком же состоянии обнаружились фрагменты плаща. Ответ о судьбе той, которую укрывали эти вещи, напрашивался сам собой.
И все же Джоэл упрямо не верил, готовый в тот миг отправиться на самого Змея в одиночку. Боль бессилия захватила его, повергая в безумие. Он даже чуть не ударил Ли и случайно врезал Батлеру, когда друзья попытались вывести его на улицу. Нет, он не мог оставить… Не мог принять свое поражение. Он и так сегодня достаточно трусил, сомневался и медлил. Он должен был остаться рядом с Джолин, сторожить ее! И никак иначе! Иначе… Вот что вышло из его «иначе». Ненависть к себе воздвигала перед глазами не просто стену огня, но настоящую бездну вечного пламени для проклятых. Бесконечно ему терзаться этой болью, бесконечно обугливаться до костей.
