Он сидел, прислонившись боком к стене; меч в ножнах небрежно сполз и упал на пол. На деревянном столе лежали остатки недоеденного завтрака. Надкушенное моченое яблоко рассеянно перекатывалось по тарелке, рядом с которой ветер перебирал страницы открытой книги. Да, все верно. Вот он сидел, смотрел на Джолин, вскоре взял что-то почитать, а потом явилось лиловое марево.
– Хаос змеиный! Я заснул! – встрепенулся Джоэл, подхватывая меч и едва не падая с табурета. Но его тут же вернули на место и похлопали по плечам знакомые, почти родные руки.
– Тс! Разбудишь нашу очаровашку. Все хорошо, друг, – замаячила радушная улыбка Ли. – Я сторожил вас обоих. Вы так мило спали.
– Ты откуда? – спросил Джоэл, потирая слипшиеся веки. От неправильной изогнутой позы привычно затекла шея, голова гудела. Из нее не желал выветриваться сон, яркий, цветной и впервые за долгое время совершенно счастливый.
– Уман нам всем выдал выходной. Энн попросила прийти, да я и сам собирался, – объяснил Ли. – Так как ты сторожишь теперь Джолин, я по долгу напарника сторожу тебя.
– Энн попросила тебя? – поразился Джоэл, но тут же вскочил, озираясь по комнате, увитой Ловцами Снов, точно на чердаке обосновался гигантский паук. Но нигде не шипели монстры и не барахтались в сетях омерзительные химеры. Ни копоть, ни капли крови не стекали с веревок.
– Да тихо ты, – прошептал Ли. – Красавицу свою разбудишь.
Джолин и правда до сих пор безмятежно спала. Ли накрыл ее сверху вторым одеялом из сундука, своим любимым. И она вытянулась, перевернувшись на бок, сладко отдыхая в тепле, как разнежившийся котенок.
«Поразительно! После всего случившегося мы оба не видели кошмаров!» – удивился Джоэл.
– Она просыпается. Ну… я пойду, наверное. Теперь нам все равно придется еще неведомо сколько просидеть в карантине, – невесело заметил Ли. Джоэл поймал его за руку и шепотом горячо заверил:
– У нас будут нормальные выходные. Мы посидим в таверне, пойдем смотреть на поединки сумо или останемся в мансарде, поиграем в карты… Что хочешь. А потом ты обязательно выспишься под этим же одеялом на твоем любимом футоне. И не будешь видеть кошмары.
Но Ли с грустной радостью тихонько кивнул на Джолин, которая медленно потянулась, еще не раскрывая глаз, – вот, мол, с кем у тебя выходные теперь будут проходить. Джоэл решительно добавил:
– Нет, Ли. От друзей не отрекаются.
– Но друзья не должны привязывать к себе в ущерб другим… интересам, – ответил ему Ли и ушел, махнув треуголкой возле двери. Он жил всего-то на соседней улице, но прощался всегда с таким скрытым драматизмом, будто уходил навсегда. Странная обида отвергнутого ребенка давно проскальзывала в тоне друга, но Джоэл ощущал, что ему хватило бы внимания и заботы на всех. Хотя Джолин он пока знал слишком мало. Кто она? Девушка из пекарни, девушка, которую он спас. Девушка, у которой любимый цвет фиолетовый. И ведь это уже немало. Да, девушка, к которой его тянула необъяснимая сила.
– Ох, уже вечереет! – спохватилась Джолин, откидывая одеяло. Она пошатнулась, слишком резко сорвавшись с места. Джоэл кинулся к ней и осторожно усадил обратно на кровать, опустившись рядом. На короткий миг ее руки оказались в его ладонях, она сонно моргала и мотала головой. Высохшие золотые волосы рассыпались в беспорядке по плечам.
– Все хорошо?
– Да, – кивнула она. – Я прекрасно выспалась, господин охотник. Только мне непременно нужно домой.
– Вы точно хотите вернуться в пекарню? – с тайной надеждой спросил Джоэл. Джолин нахмурила узкие темные брови, отчего они стали похожи на сдвинутые к переносице стрелы.
– Конечно. Там моя работа, надо же мне на что-то жить, – деловито ответила она и почти враждебно добавила: – Содержанкой я точно не останусь.
– Ох, вы неправильно меня поняли. Никто не предлагает вам жизнь содержанки.
– Точно? – Она недоверчиво опустила голову. – А то я слышала про охотников. Вот хотя бы про верховного и примадонну городского театра.
– Это всё слухи! К тому же охотники разные, – возмутился Джоэл, впервые узнав о каких-то сплетнях про Умана Тенеба.
– Возможно, – успокоилась Джолин и приветливо улыбнулась.
– Что вас вообще держит в этом районе? – наконец высказал свое недоумение Джоэл. – Хорошие пекарни в квартале Пекарей, а не в квартале Ткачей…
– А что? Район как район. Район Ткачей сам по себе неплох, – бесцветно отозвалась Джолин, вновь вставая.
– Почему вы работаете на пекаря? – не унимался Джоэл. Ему без личного знакомства уже не нравился пекарь, который эксплуатировал служанку с раннего утра до позднего вечера. Да еще не давал ей ни собачьих тележек, ни денег на рикшу. Это ведь из-за него с ней чуть не случилось несчастье.
– А отчего не работать? – пикировала Джолин, нервно пожимая плечами.
– Не отвечайте вопросом на вопрос, – раздраженно бросил Джоэл. Он ненавидел, когда его обманывали. Джолин обратила к нему горящее непонятным гневом лицо.
– Ладно, хотите четкий ответ? Пожалуйста! Потому что он приютил меня, когда умерли родители. Дал работу, – выпалила она. – Что еще нужно девчонке из трущоб?
– Извините. Я не…
– Что?
