Он ел на этот раз не спеша, прислонил свой телефон к чашке чая и внимательно смотрел в него.
Девочка посмеялась немного и, вытерев руки салфеткой, взялась за чашку с капучино. Тут делали крепкий капучино, Света не очень любила такой, но ей всё равно было очень вкусно. И не успела она сделать и двух глотков, как Пахомов сказал с несвойственной для него серьёзностью.
— Короче, всё непросто.
— Что непросто? — уточнила Светлана, отставляя чашку.
— Ну, это… С отрезанием пальцев, — пояснил Влад, всё ещё смотря в телефон. — Это не то, чтобы просто взять и отчекрыжить пальцы, вот чел говорит, что раны нужно обязательно купировать, говорит, первым делом остановить кровь, а потом закрыть диастаз.
— А что это?
— А хрен его знает. Кажется, нужно будет всё зашить. И потом ещё говорит, что нужен курс антибиотиков. Короче, всё непросто, — Влад продолжал смотреть в телефон.
А Светлана доела пирог с рыбой и перешла к сладкому пирогу со сливой и яблоками. Ей очень хотелось есть, и она была уверена, что это от волнения. Девочка действительно волновалась, тем более что Пахомов продолжал:
— Ампутации весьма болезненны и требуют хотя бы локальной, местной анестезии, — он оторвал глаза от телефона и посмотрел на Светлану, которая весьма нервно, роняя большие крошки на стол, и весьма быстро расправлялась с пирогом. — Короче, Свет, это дело нифига не простое.
Теперь Светлана и сама это понимала, она так волновалась, что стала облизывать пальцы, за что мама, будь она рядом, обязательно сделала бы ей замечание.
— И что? — она смотрела ему прямо в глаза. — Ты мне не поможешь?
Она всё понимала, весь ужас этого предприятия уже стал ей ясен, она знала, что ей придётся пережить боль, но всё дело было в том, что она была готова на это пойти. Потому что боли девочка боялась намного меньше, чем расползавшейся по её телу страшной черноты.
— По-другому сделаем, — сказал Влад. Он был не очень этому рад, но видел в глазах Светланы испуг. — Короче, подготовим резинки, вату, бинты…, - тут Пахомов сделал паузу. — Потом отчекрыжим это, и сразу бегом в травмпункт. Там всё зашьют и сделают тебе уколы. Обезболивающие и антибиотики.
Как хорошо, что у неё был Владик. Света даже захотела прямо через стол обнять его. Он совсем не был дураком и болваном, каким она его раньше считала. Владик был умный. Только из-за липких рук она не стала обниматься.
— Надо придумать, чем отрубить пальцы, а тебе нужно придумать, что сказать врачу, он, наверное, спрашивать начнёт, — продолжал Пахомов; теперь он выключил телефон и всерьёз принялся за свои пироги.
— А что же мне придумать? — Света была не очень сильна, когда речь шла о каких-то выдумках.
— Ну, не знаю…, - Пахомов на секунду перестал жевать. — Может, сказать, что пальцы отрубило дверью.
— Какой ещё дверью? — она осуждающе посмотрела на него. Эта версия Светлане показалась неубедительной. Владу нужно было подумать получше.
— Железной дверью, в подвал, например. У вас в подвал ведёт железная дверь. Случайно хлопнула себе по пальцам, и всё, гуд-бай пальцы.
— А зачем это я полезла в подвал? — Света всё ещё была не согласна.
— Да а мне-то откуда знать, — сказал Пахом и засунул в рот последний кусок пирога с мясом.
Это чудище было намного больше Одноглазого. Оно орало в тумане и привлекло его внимание. Охотник пошёл взглянуть, кто это там так шумит. Гигант, несмотря на свои размеры, был достаточно проворен и быстр. Охотник своим единственным глазом даже через туман видел, как тот быстро передвигается. Ко всему этому гигант был ещё и агрессивен. Одноглазый понял, что встречи с этим монстром лучше избегать. Он благоразумно обошёл его и, неся на плече половину туши недавно убитого существа, продолжил движение на юг.
