Алек возит ложкой в густой жидкости. Блинчики в горло не лезут. А Магнус демонстративно-деловито попивает свой кофе, листая газету. Мяо входит в комнату, высокомерно задрав мордочку, оглядывает взглядом помещение. Медлит, а потом запрыгивает охотнику на колени, доверчиво сворачиваясь клубочком. Магнус роняет кружку. Буркнув что-то на каком-то диком наречии, щелкает пальцами, устраняя беспорядок. Алек растерянно гладит ластящегося кота и пытается, правда пытается пинком отшвырнуть куда-то поглубже ширящуюся под ребрами надежду…
Пауза все дольше, все глубже, увязают в ней с головой, как в болоте…
— Наверное, мне пора, - выдавливает пересохшим вдруг горлом и часто моргает. Часто-часто, чтобы, не приведи Ангел… - Откроешь портал? Или я могу на метро…
А сам босиком, в одной футболке и натянутых наспех штанах (без белья даже, но кому это важно?). Взъерошенный, грустный, такой домашний, что…
— Ты знаешь, как это сложно, Александр? - выдает вдруг маг и ловит охотника за локоть уж у самого выхода.
Подавленный кивок. Сложно? Неправильно Магнус. Неразрешимо, наверное. А еще так больно, будто в вены накачали пинту-другую демонического яда…
— Даже демоны в аду заключали пари на мои тщетные попытки забыть о тебе, выскоблить из своего сердца, переключиться…
— Мне жаль.
— Ты не понимаешь…
— Мне лучше уйти?
Тихий вздох и руки, смыкающиеся на лопатках. Стискивающие так крепко, что слышен треск ребер.
— Я не хочу, чтобы ты уходил. Я пытался, Александр. То, что ты сделал. Но это выше меня, мальчик мой. Я не хочу прогонять тебя. Больше того. Кажется, я умру, если ты сейчас выйдешь за эту дверь.
========== Эпизод 28 (Рафаэль/Саймон) ==========
Комментарий к Эпизод 28 (Рафаэль/Саймон)
Рафаэль/Саймон
https://pp.vk.me/c604730/v604730058/934f/XjgVZX1BbZo.jpg
Глаза в глаза. Глаза, что держат цепко, буквально за горло. Глаза, что кричат так громко и просят так много. И тихий вдох, срывающийся с приоткрытых губ шелестом крыльев ночного мотылька, летящего к дрожащему пламени затухающей на ветру свечи.
И мертвое сердце, подскакивающее в пустой груди, распластывающееся по ребрам.
Он изменился. Он изменился. Он изме…
— Здравствуй.
И даже голос уже не дрожит от скрытого страха или такой привычной для Льюиса робости. И эти рубиновые всполохи во взгляде - как отражение вспыхивающего в сумраке костра, взвивающего к звездам полчища искр.
К дьяволу, в преисподнюю!
Рафаэль Сантьяго стряхивает это странное оцепенение, сковавшее плечи невидимой цепью, с усилием разрывает зрительный контакт. Как рвать по живому. Больно, черт, как это больно. Как выйти на солнце, раскидывая в стороны руки, чувствовать, как плавится, потрескивая, кожа, сползая широкими лентами, и почти сразу же вспыхивает, занимаясь…
— Жаль, что мы встречаемся при вот таких обстоятельствах.
И хочется вырвать ему глотку только за это - слишком уверенный взгляд, слишком твердый голос, слишком… слишком красивый. До сладкой, тянущей боли где-то внутри, до прорезающихся клыков и шибающей в голову жажды. До багровой пелены, до глухого звериного рыка, до… пересыхающих губ и горячего воздуха, царапающего гортань.
— Я говорил, что будет, когда мы встретимся?
Это не предупреждение даже, - Сантьяго уже предупреждал. Не угроза, не пустое запугивание. Это как объявление войны перед первым залпом. Это как порох, впитывающийся в ладони. Пунцовый закат, растекающийся по небу кровавой жатвой на фоне ядерного облака, возвышающегося над еще дымящимися руинами.
А Саймон лишь чуть поворачивает голову, смотрит - как перышком легким щекочет - плечи, шея, скулы и губы. Заворожено смотрит, не мигая.
Рафаэль незаметно глотает, понимая, как хочется смочить кончиком языка пересохшие губы. Но лишь вздернет насмешливо бровь, ощерится улыбкой - хищным оскалом.
— Ты звал. Я пришел. И делай, что хочешь, - в нем столько тошнотворного бесстрашия и пленительной жажды, что хочется плюнуть, вдавить лопатками в стену и вгрызться клыками в белое горло.
— Это правда? Все эти слухи… ты - Светоч?
Шарахается в сторону, сразу - на два шага назад, почти разбивая затылок об острый каменный угол. Втягивает воздух сквозь сжатые зубы, шипит дикой кошкой.
— Откуда?..
— Ты совсем идиот? - перехватывает руку у локтя, игнорируя разливающееся от пальцев по телу тепло. От простого… простого касания. - Ты знаешь, что они сделают, когда убедятся?
Мальчишка, пацан, полный придурок. Тебя же на кусочки разорвут просто чтобы посмотреть, как это работает. Просто, чтоб убедиться - никто больше не сможет.
— Н-но это вышло случайно, - уже срывается голос, уже хлопает ресницами и озирается по сторонам.
Напрасно. Здесь, в подземельях, нет никого кроме крыс и затхлой сырости, пробирающейся под одежду.
— Это не кровь нефилимов, не только она. Мы бы знали - за все эти столетия. У тебя есть секрет, мальчик Саймон?
Сантьяго щурится и кивает каким-то своим мыслям, когда Льюис громко глотает, пытаясь еще раз шагнуть назад. Вот только бежать больше некуда. Все пути перекрыты.
— Джейс Эрондейл, не так ли? Джейс и эксперименты Валентина с собственным сыном. Кровь демона или ангела… Интересно…
