Я покачала головой, виновато глядя на хозяина. Книги видела, но что за закорючки внутри так и не поняла.
– Ничего, в замке научишься. Там лучшая библиотека королевства и все знания мира будут в твоем распоряжении.
И снова осторожный стук в дверь. Только теперь на пороге стоял сам хозяин гостиницы и виновато смотрел то на Альвиса, то на меня.
– Мне так жаль, господа, так жаль, – тараторил он, переминаясь с ноги на ногу. – Мои служанки извиняются и готовы возместить ущерб. Мне так неловко.
– Что случилось? – Альвис прервал поток извинений.
– Ваше платье, мадам. Неумехи хотели его почистить, но оно безвозвратно испорчено. Ткань настолько нежная, что разошлась во всех местах. Позвольте загладить вину, мы доставим вам новое платье, как только ледяные дожди пройдут. Совершенно бесплатно, я лично все оплачу.
Альвис усмехнулся:
– Так вы тут пять минут блеете из-за какого-то платья? Как долго ждать?
– Недолго, господин, совсем недолго. Этот дождь быстро пройдет. Может еще день-два и снова выглянет солнце.
– Мы подождем. А пока принесите ужин. Госпожа теперь заперта в этой комнате и не сможет спуститься.
Мужчина часто закивал, пообещав моментально все устроить. Когда дверь за ним закрылась, господин сел на пол рядом с креслом и положил ладони поверх пледа на мои ноги.
– Ткань не нежная, – виновато произнесла я. – Платье старое.
– Теперь будет новое.
– И все это время я буду прятаться под пледом, чтобы не смущать ваш взор?
– Красивое тело не может смутить, только радовать.
Руки мужчины медленно поползли выше, пальцы сжимались сильнее, пока не коснулись бедер, что болели от седла. Я вздрогнула и непроизвольно застонала от боли.
Альвис тут же убрал руки, виновато опуская взгляд.
– Прости. Сам же обещал.
– Все в порядке. Натерла в седле. Простите, господин, я никогда раньше не ездила верхом.
Взгляд недобро вспыхнул, голос из нежного превратился в угрожающий:
– Почему молчала?
Я смотрела на него сверху вниз, но под тяжелым взглядом казалось, что это он навис надо мной. Сердце сжалось от страха и неловкости.
– Не хотела беспокоить по пустякам. Вы так спешите в столицу.
В ответ Альвис зло прорычал:
– Да, спешу. Но мне нужно довезти тебя живой, а не искалеченной! Покажи.
Он бесцеремонно потянул в стороны края пледа, обнажая ноги, бедра и живот. Взгляд на мгновение зацепился за черный треугольник. Глубокий, рваный вздох и руки легли на горячую кожу, медленно раздвигая ноги в стороны.
Взору Охотника открылись красные пятна на внутренней стороне. Чем шире раздвигались бедра, тем сильнее сходились черные брови на переносице. Пальцы скользнули внутрь, но остановились в сантиметре от границы ран. Тело напряглось тетивой, ноги попытались сомкнуться, но мужчина не позволил.
– Надо залечить.
– Заживет, пока пережидаем дожди.
– Не думаю, – прошептал он, не отрывая взгляда от места, где начинаются ноги.
Обогнув болезненное пятно, пальцы медленно поползли выше и неожиданно коснулись чувствительной горошины. Теперь тяжело вздохнула я, пугаясь проснувшейся волны предвкушения. Истома разливалась по телу, заставляя бедра чуть податься вперед, чтобы пальцы мужчины вновь коснулись заветного места. И снова приятная волна, что высвободила из легких едва заметный стон. Пальцы скользнули ниже, вжимаясь в мягкую плоть и остановились у самого входа, растирая по кругу проступившую влагу.
Я мгновенно загорелась от пульсирующего желания. Щеки защипали, бедра не слушались и сами двигались в такт движениям пальцев.
Все, чего я хотела – ощутить плоть мужчин внутри себя. Любыми способами. Мне совершенно наплевать на старейшин и их правила. Я забыла, для чего вообще берегла свою невинность. Теперь она его. Она принадлежит моему господину.
Альвис рывком убрал остатки пледа с тела, ворвался между моих ног и приник губами к груди. Он нежно водил языком по самому кончику, то целуя возбужденный сосок, то впиваясь губами и осторожно оттягивая. Вторая рука ласкала соседнюю грудь, чтобы никто не остался без внимания.
Я уже не скрывала стонов. Каждый нерв в теле превратился в натянутый канат, требующий ласки. Даже боль на коже перестала волновать. Я обхватила его ногами за бедра, требовательно притягивая к себе. К горячему, готовому ко всему лону прикоснулись оттянутые штаны, из которых рвался на свободу член. Я чувствовала его напряжение и хотела как можно скорее освободить от одежды, чтобы между нами не осталось никаких преград.
Пока мои руки тянулись к пуговицам на штанах, мужчина отпустил грудь из сладкого плена и медленно пошел выше, обжигая кожу поцелуями. Ключицы, шея, подбородок. Я предвкушала наш первый настоящий поцелуй. Не хуже, чем с той Охотницей.
И снова стук. Сначала едва слышный, но через несколько секунд вполне отчетливый. Он так и не коснулся моих губ. Альвис замер, грозно косясь на дверь. Мы услышали стук в третий раз.
– Это знамение, – прошептал он, отстраняясь от лица.