Я потянулась к корсету, оттягивая тугие шнурки. Не помогло, шнуровка крепкая, просто так не оторвать. Тогда я стянула с плеча рукав. Вот тут нежная ткань поддалась и затрещала.
– Прекрати.
Альвис потянул руку к болтающемуся рукаву, но тут же получил по ладони. Его взгляд недобро вспыхнул из-под черных бровей, меча в мою сторону весь гнев Охотника.
– Не испугали, господин. Я не видела весь мир, как вы, но способна разглядеть обиду в ваших глазах. Завтра вечером вы бросите меня во дворце или в подворотне – неважно, а я так и не узнаю, чем же вас огорчила.
– Во дворце. Это уже точно, – выдохнул мужчина.
– Ничего не точно. Вы сами говорили, что есть еще испытания. Не хотите – не отдавайте в замок. Вы из-за этого огорчаетесь? Так я останусь с вами, буду бродить по миру и помогать в вашей работе, чем бы вы не занимались. Я выносливая. И верхом научусь ездить. И костер разводить. Вместе ведь не так скучно.
Мужчина улыбнулся, осторожно возвращая рукав на законное место.
– Глупая Тельмина…
– Вы научите. Стану умнее! – я боролась до конца.
Альвис потянул руки к моим бедрам, чтобы подхватить и посадить в седло, но я прижалась к нему, положила ладони на щеки и одарила внимательным взглядом:
– Прошу, господин.
Руки скользнули с бедер и легли поверх ладоней, медленно убирая их с лица и сжимая у груди. Взгляд снова стал серьезным, но не злым:
– Как натертые ноги смогли пройти за ночь?
Я вопросительно посмотрела на Альвиса. Он о моих ногах? Но он прав, они не болят.
– Когда успели разглядеть?
– Утром, когда ты спала. Я же говорил, будь у тебя хоть капля магии, то и река не нужна. И так все ясно.
– Тогда тем более не понимаю, отчего вы грустите? Вы же получите свободу.
– И лишусь тебя.
Альвис отвел взгляд, словно стыдился своих слов. А я искренне не понимала, что такого страшного в моей потере? Свобода же важнее. Скажи мне сейчас: «Мина, ты свободна и можешь идти куда пожелаешь» и я пойду. Пойду за Охотником. Пусть он угрюмый и не особо любит болтать, но обо мне никто так не заботился, как он. Я даже прощу ту белобрысую девку, что скакала на нем у костра.
Я прощу ему все.
Непонимание на моем лице сменилось ужасом осознания. Я в него влюбилась. В человека, которого знаю всего пару дней. В Охотника. Полная противоположность молодого, симпатичного и богатого парня, что заберет из борделя в хорошую жизнь. Как такое смогло произойти?
Альвис заметил мое смятение и быстро покачал головой:
– Нет. Нет. Всего лишь похоть и не более. Она не принесет ничего хорошего ни тебе, ни мне. Я исполню долг и доставлю тебя в замок, чего бы это не стоило.
– Нет, не похоть, – изо рта вырвался скорее шепот, чем голос. – Не говорите так. Я же даже не особо знаю, что это.
– Все ты знаешь, не ври, – зарычал Охотник. – Прожила в веселом доме и не знаешь, что иногда у мужиков не та голова работает? Давай, садись уже. Быстрее доедем, быстрее отдам тебя старейшинам.
Альвис рывком закинул меня в седло и силой потянул коня за поводья. Я больше не сопротивлялась. Для него мои чувства были всего лишь ничтожным вожделением. Он, безусловно, старше и опытнее, но так бесцеремонно топить девичью любовь в похоти слишком жестоко.
Тарлин стрелой пронеслась через главные ворота столицы, распугивая повозки торговцев и замешкавшийся посреди дороги горожан. Ее путь лежал в королевский замок. Но не к старейшинам. Им не надо знать, какие договоренности есть между наследницей древнего рода и будущим королем.
Уже у покоев принца, безоружная и без плаща, она терпеливо ждала, когда ей позволят войти. Внутри все горело от негодования, ведь ее предки могли входить в королевские покои без стука, а ей приходится ждать, как какой-то нищенке.
Но очень скоро все должно измениться.
Молодой паж в дорогом сюртуке с золотой вышивкой, позволил войти только полчаса спустя. Его Высочество расхаживал в длинном бархатном халате по покоям, маясь от скуки. Когда ползадницы почти сидят на троне, но пока не принимают никаких решений, очень просто заскучать.
Приятной внешностью принц не отличался. Вытянутый, тощий и весь какой-то несуразный. Тонкие и нежные черты лица, почти девичьи, изуродовал большой отцовский нос. На лице Высочества он выглядел инородным предметом, который хотелось оторвать и выбросить подальше.
– Тарлин! – воскликнул принц тонким голоском, словно паж ему не доложил, кто именно его хочет увидеть. – Ты же, вроде, только уехала?
Она поклонилась королевской особе, как того требовал этикет, и сразу перешла к делу:
– Ваше Высочество, хорошие новости!
– Удивительно, – проворчал принц. – В кои-то веке что-то хорошее. Ну, давай, рассказывай.
– Цветок нашли!
Принц замер на месте и уставился на Тарлин большими светлыми глазами. Казалось, еще немного и они выпадут из орбит.
– Повтори.
– Цветок нашли и скоро она прибудет в столицу. Я своими глазами видела отметку.
– Кто нашел?
Она ответила не сразу:
– Хотелось бы, чтобы я.
На лице принца появилась досада:
– Если видела, то чего сама не привезла? Была бы с ней уже здесь.
Тарлин замялась, потому что такая мысль ей и самой в голову приходила.
– Ее нашел другой Охотник.