Ему стоило отдать её за любовь Симоны. Стать навсегда частью её мира.
Так несправедливо встретить суженую, когда нет выбора, кроме как уйти. Вздрогнув от этой мысли, Сайфер прижался к её щеке и слушал короткие отрывистые вздохи Симоны, увеличивая скорость толчков.
Симона покачивала Сайфера в колыбели своих рук и ног, позволяя его сильному телу возносить их на пик удовольствия. Кто бы мог вообразить, что демон окажется столь нежен? Но Сайфер именно такой. Он обнимал её, словно она — бесценное сокровище. Как будто боялся сломать.
Единственная угроза в этой ситуации для её сердца. Симона потеряла всех близких.
Только Джесси неизменно оставался в её жизни. И теперь ей предстоит потерять Сайфера, и это так несправедливо.
Симона застонала, когда с новым толчком он погрузился в неё так глубоко, что, казалось, достиг самой души. Она приподняла бёдра, ещё сильнее вбирая его в себя, пока не почувствовала, что воспарила до небес.
С криком мир взорвался снопом ярких звезд.
Сайфер триумфально рассмеялся, прежде чем увеличил скорость толчков. И когда он кончил, то заурчал, словно на время, прирученное дикое животное.
Симона крепко обнимала его в темноте, слушая отрывистое дыхание у уха.
— Без боя я не отпущу тебя, Сайфер. Аид тебя не заберёт. Я не позволю.
Сайфер вздрогнул от разрывавших сердце слов. Пообещав такое, она словно мир бросила к его ногам. Но он хорошо знал, что не следует придавать значение словам, прошептанным в любовных объятиях. Такие обещания в общем пусты.
Кроме того, говорить — легко. А вот выполнить — сложно. Люди отправляются в путь с добрыми намерениями, но стоит дороге стать ухабистой и крутой, как сразу меняют направление. С чего верить, что Симона окажется другой.
Он не стоит борьбы. Единственное, что он может предложить ей — будущее в руинах.
Хотя так приятно сделать вид, что он поверил её обещанию. Будто Симона будет бороться за него и не бросит в лапы врагам.
— Сайфер?
Он лёг с ней рядом и обнял.
— Да?
— Ты любил Сатару?
— Я так считал, но слишком поздно понял, что ничего не знаю о любви. Это человеческая эмоция.
— Но мой отец познал её.
— Он и твоя мать были исключением из правил.
Симона посмотрела на него.
— Значит, ты не веришь в любовь?
— Думаю, она существует. Только, кажется, для всех, кроме меня.
Симона вздохнула, прежде чем прижалась к нему.
— Что подтолкнуло тебя так сильно возненавидеть Сатару?
Сайфер немного помолчал и, пытаясь справиться с пронзительной болью, запустил пальцы ей в волосы. Он не единой душе не рассказывал о произошедшем, но рядом с Симоной правда сорвалась с его языка, прежде чем он смог себя остановить.
— Я заключил сделку с Джейденом и принял на себя её наказание.
— Что?
Он устало вздохнул.
— Я показал Сатаре, как входить во сны людей. Позволил ей воспользоваться моими силами и управлять ими.
— Зачем ты это сделал?
— По той же причине, по которой ты танцуешь с Джесси. Лишь в сновидениях я имел доступ к эмоциям. Всякий раз, когда со мной там находилась Сатара, я чувствовал себя человеком. Мне казалось, будто я влюблён. В те времена я готов был сделать всё, лишь бы осчастливить её.
— Но ты её не любил?
Сайфер глубже зарылся пальцами в её волосы, расчёсывая те, что спадали ему на грудь. Наслаждаясь их шелковистой прохладой.
— Нет. И она меня не любила, хотя утверждала обратное. Она использовала меня и мои силы, чтобы нападать на людей, мучая беспомощных во сне.
Сердце Симоны ушло в пятки от отписанной картины.
— Каким образом?
— Это проклятие скоти. Если мы часто наведываемся в сновидения к одному человеку, то можем сжечь, убить или свести того с ума. С помощью моих способностей Сатара убивала своих недругов.
Сайфер резко вздохнул, вспомнив тот судьбоносный день. Облаченная в красную тунику Сатара с развивающимися, как у ангела, светлыми волосами, прибежала к нему и бросилась в объятия.
— Сайфер, помоги мне, пожалуйста… — её глаза сверкали от слёз.
Он никогда раньше не видел, чтобы она плакала.
— Что случилось?
— Зевс и Аид убьют меня. Не позволяй им этого.
— Убьют? За что?
— За сновидения, в которые ты обучил меня вторгаться. Они… они сказали, что я поступила неправильно, но люди, погубленные мной, заслуживали смерти. Ты же мне веришь, правда?
— Конечно.
Сатара улыбнулась ему, и он окончательно пропал.
— Пожалуйста, не позволяй им убить меня, Сайфер. Я люблю тебя. И всегда буду любить.
«Боги, каким глупцом я был, поверив ей».
Симона попыталась сглотнуть, когда желудок скрутило узлом. Она знала, что было дальше.
— Ты призвал Джейдена.
Он кивнул.
— Я предложил ему душу, если он заставит остальных богов поверить, что это я мучил людей. Сатара поклялась, что после моей смерти спустится в Тартар и накормит меня семенами из сада Разрушительницы.
Симона нахмурилась, пытаясь уловить связь.
— Зачем есть семена?
— Они бы окончательно убили меня. Полностью стёрли все грани моего существа.
Симона ахнула, ужаснувшись подобной перспективе.
— Но зачем тебе это?
Он взял её руку и провёл ладонью по шрамам на груди.
