— Что думаешь о штурме? — спросил Густав.
— Вероятно, все пройдет спокойно, — сказал Йона. — Но на случай, если положение осложнится: преступник гораздо опаснее, чем мы думали раньше.
— Ситуация под контролем, — нетерпеливо заметил Янус.
— Я разговаривал со свидетельницей после нашей встречи… и мне кажется, преступник прошел военную подготовку класса «Морских котиков».
— Да, такое полезно знать заранее, — серьезно сказал Густав.
— Черт возьми, у нас шесть снайперов, включая меня, — сказал Янус. — У нас двадцать восемь человек из оперативной бригады, автоматы-карабины, гранаты, М-46.
— Вы просто будьте готовы к тому, что этот преступник видит вашу тактику насквозь, — сказал Йона. — Он будет использовать то, чему и вы учились, он знает, как вы проверяете помещения, как держите оружие…
— А ну-ка начинай бояться! — Янус похлопал Густава по плечу.
Капли пота стекали по его веснушчатому лбу.
— Мы просто не готовы к такому. — Густав вытер рот.
— Если вы начнете нести потери, ломайте стандартную схему. — Больше всего сейчас Йоне хотелось, чтобы мальчик оказался вне штурма.
— Я спущусь, поговорю с бригадой насчет альтернативной тактики, — сказал Густав, покраснев. — Я же не хочу, чтобы ты потом рассказывал тете Анье, как я опозорился.
— Будь осторожен, — напомнил Йона.
— Мы все готовы отдать жизнь за нашего министра иностранных дел, — прошептал Янус и ухмыльнулся.
Густав взял каску и скрылся на лестнице.
Йона вошел в спальню с окном на лес и взглянул на экран компьютера, где шла запись всего, что происходило снаружи. Перед домом Паризы мотались на ветру голые ветки каких-то размытых деревьев.
Дом номер десять оказался желтым домом рядовой застройки пятидесятых годов. Куча сухих листьев у потрескавшихся ступеней, к стене прислонена метла с выцветшей ручкой.
До момента, когда Париза предположительно должна была вернуться домой, оставалось двадцать пять минут.
Янус добыл старые чертежи дома в городской строительной конторе. Из-за медно-красных кудрей и щетины его нервозное лицо казалось нежным.
— С тех пор как Париза ушла утром, мы не засекли никакой активности, — сказал он и положил чертеж на стол. — Но некоторые места видеть снаружи невозможно.
— Прихожую и туалет, — сказал Йона, указывая на чертеж.
— А на втором этаже кто-нибудь может лежать в ванне или на полу… Но самые большие не охваченные наблюдением пространства — котельная и прачечная.
— Дом ведь был построен в пятидесятые, а тогда устраивали большие бомбоубежища…
— Подожди, — перебил Янус и ответил на вызов по рации. Выслушав доклад, он снова повернулся к Йоне. — Париза вернулась раньше, чем мы думали. Она уже направляется сюда, будет меньше чем через пять минут.
Янус переключил канал рации и с напряжением в голосе сообщил, что Париза направляется домой.
— Йона, ты много о чем нас предупредил. Если все пойдет не так… — Янус беспокойно поглядел на Йону. — Если нам придется пойти на штурм… поднимайся на верхний этаж. В чулане есть лестница, которая ведет на чердак и дальше, на крышу.
На экране Париза приближалась к дому, неся в руках пакеты из «Ика». На ней было тонкое черное пальто, розовый хиджаб и черные кожаные сапожки на каблуке.
Она вынула несколько рекламных листовок из почтового ящика, подошла к входной двери, поставила пакеты и отперла.
— Тебе пора, — сказал Янус. — Иди в правую спальню; я пришлю Сив, как только найду ее.
Йона вернулся в прихожую и поднялся в спальню. Молодая женщина в черной футболке-поло сидела на стуле у окна, выходящего на улицу. Услышав, что он вошел, она встала и поздоровалась.
— Меня зовут Йеннифер, — представилась она, пожимая Йоне руку.
— Я не хотел помешать, но…
— Вы не помешали, — быстро ответила женщина, отводя волосы со щеки.
— Мне только нужно закрепить микрофон.
Волосы Йеннифер были собраны в конский хвост, на ней были черные штаны-карго и тяжелые ботинки, но каска, защитные очки и керамический бронежилет лежали на полу возле стула.
Йона заметил, что Йеннифер смонтировала снайперскую винтовку «90» на толстом штативе. При помощи ручки она могла очень мягко переводить дуло с одной стороны окна на другую.
Три дополнительных магазина лежали на столике возле открытой упаковки с боеприпасами — «7,62 СНАЙПЕР» — и зеленой бутылкой «Пеллегрино».
Баллистическая таблица выпала из ящика и лежала на полу. Йона подумал, что она все равно не понадобится Йеннифер. Скорострельность ее оружия — почти тысяча триста метров в секунду, а до цели — не более шестидесяти метров.
Сняв пиджак, Йона положил его на кровать, отстегнул наплечную кобуру и начал расстегивать рубашку.
— Париза сейчас наверху, в спальне, — сказала Йеннифер. — Хотите посмотреть?
Он посмотрел в видоискатель, поднял увеличение до восьми и увидел, как Париза снимает хиджаб. Волосы у нее были собраны в черную, толстую и длинную косу. В центре креста он отчетливо увидел ее лицо: мелкие поры носа, родинка над бровью и тонкая линия там, где она случайно черкнула по скуле карандашом для глаз.
