С ребятами познакомились на собраниях воинов. Из семей охотников. Хорошие парни, последнее время с ними и сражаемся. На мечах я им уже ни в чем не уступал. Чаще всего, победа в схватке оставалась за мной. Но в стрельбе из лука, любой из них мне даст фору. Я стреляю только с начала зимы. Они же обучаются этому с детства. Наследие северных охотников с длинными луками. Лучшие стрелки в северных армиях. Одни из лучших в мире. Со времени, когда ребенок уже в состоянии держать лук, его заставляют пускать от пяти до десяти сотен стрел в день. Видел я однажды, как они соревновались в дальности стрельбы. Страшно. Длинный лук, который они используют, стреляет метров на триста навесной стрельбой. То есть, ни о какой точности речи быть не может. В кого бог пошлет. А вот прицельная дальность из него, это метров сто-сто двадцать. И то, попал в тело - значит точный выстрел. Эти же ребятки, стреляли минимум на сто пятьдесят метров в полуметровую мишень. Победа осталась за моим знакомым. Молодой парень восемнадцати лет. Засадил стрелу на ладонь от центра с расстояния сто восемьдесят метров. Правда, еще девять ушли в "молоко", точнее на несколько метров в стороны, но и это, согласитесь, сильно. Стоишь ты такой в двухстах метрах от строя врага, еле различаешь силуэты солдат, а в нескольких метрах от тебя свистят стрелы. Тогда я и понял слова Варлама об оперении стрел, как мере запугивания. Представилось это чувство беспомощности и невозможности повлиять на угнетающую ситуацию.
Утром вся деревня забурлила. На главной площади было многолюдно. Собирался караван. Люди сновали туда-сюда, как работяги-муравьи, и загружали доверху телеги. Нам с Варламом выделили пустой фургон. Сначала его должны загрузить товарами кузнеца, а потом, пустующее место заполнят другими вещами. Как оказалось, у кузнеца было не так уж и много вещей на продажу. Несколько кольчуг, пара тройка шлемов, наконечники для стрел и копий. Пара десятков различных мечей, и немногим больше ножей да кинжалов. Вот и все добро изготовленное за половину прошлого года и начало этого. Точнее изготовленное на продажу. Большая часть поделок кузнеца оседала в деревне. Загрузились мы быстро, минут за двадцать и прикатили обратно на площадь.
Погрузка заняла почти половину дня. Остальное время выделили на проводы каравана. Тут же, на площади под открытым небом, установили и накрыли с пяток длинных столов. Кушанье подали разнообразное и вкусное. Староста толкнул длинную речь о необходимости нашего путешествия и его важности в жизни всей деревни. Судя по лицам окружающих меня людей, ее текст давно не изменялся и уже превратился в традицию. Дальше пошла небольшая гулянка с музыкой и танцами. Что примечательно, отправляющимся завтра в дорогу спиртное не наливали. Разогнал людей по домам с последними лучами солнца, все тот же, староста.
Утром мы с Варламом проснулись до "вторых петухов" примерно в третьем часу ночи. Ополоснулись и сели завтракать. Амриль встала еще раньше нас. Приготовила еду и одежду в дорогу. Одевался я не долго. Рубашка да свободные штаны, подарили мне на зиму, а то в джинсах холодновато ходить было, да и поизносились они немного. Одел толстый шерстяной свитер. Поверх накинул свою бригантину и бувигер. Застегнул пояс с ножнами. Проверил меч. За пояс со спины заткнул кинжал. Намотал портянки и натянул сапоги. На голову накинул небольшую стеганую шапочку, дополнительная прокладка между черепом и шлемом, гораздо мягче удар принимать. Перекинул через плечо сумку с необходимыми вещами в дороге, еще вчера собрал. Подхватил шлем под руку, и вышел во двор. Подождал там Варлама. Даже интересно стало, чего там у него случилось. Но тут в принципе понятно, дорога дальняя и долгая, с женой и детьми прощается, наверное.
