'Пора это прекратить!' — Пронзила голову наполненная чистой, незамутнённой ненавистью мысль. Взбежав по плавно переходящему в стену полу, насколько это возможно я вцепился в один из удерживающих сердце канатиков и, помогая себе ногами, добрался до мечты кардиолога.
- Ты не посмеешь! - Резкий, как удар плетью голос прошил сознание, едва не заставив меня рухнуть вниз.
- Ещё как посмею — Прорычал я яростно, прежде чем вогнать рапиру в огромное сердце по самую гарду. Охватившее 'весомый аргумент' свечение на миг стало нестерпимым даже для меня, а затем я почувствовал, как под ногами исчезла опора. Рухнув с двухметровой высоты, я не сломал себе шею только потому, что грибная мякоть — штука не слишком твёрдая.
Кое-как проморгавшись, я быстро оглядел очищенную от сердца и прочей богопротивной органики я наткнулся на порядком обожжённую фигуру. Выглядел Лимбий скверно, да что там, скверно он выглядел, так что уже несколько минут назад должен был сдохнуть, такое ощущение, что его на куски рубили, одновременно обжаривая. Люди не живут с такими ранами. Однако настоятель монастыря жил, и не просто жил, а постепенно регенерировал. Как такое может быть, стоило заглянуть ему в глаза и всё стало на свои места, два тёмно-красных зрачка уставились на меня с совершенно нездоровым интересом.
- Ты, это ты привёл его! - Прошипел Лимбий, медленно поднимаясь с пола, и что характерно его тело менялось прямо на глазах. Сожжённая плоть отваливалась пластами, открывая покрытую чешуёй кожу. Несмотря на неоспоримые доказательства, я всё ещё не мог поверить в то, что этот человек колдун. Совсем недавно я пил с ним чай... О господи, а если он меня отравил или ещё что похуже сделал? — замелькали в голове панические мысли, впрочем, тихая паника почти моментально преобразовалась в гнев. И кто его так отделал? Аврелий? Хильда?
- Уничтожу. - Повторил колдун, и, присев на корточки, вонзил когтистую лапу в податливую массу гриба. 'Ну и чудно́' — Подумал я, поднимаясь на ноги, этой мой шанс, пока он занят своим колдовством, у меня есть отличный шанс нанизать его на рапиру. Сделав пробный взмах рапирой, я кинулся к замершему в неподвижности уроду, но не тут-то было. Резкая боль во всём теле заставила меня рухнуть на колени. Глаза стремительно заволокло красной дымкой, о господи, меня сейчас порвёт на части, эта тварь кипятит мою кровь! Господи помоги! И я отправлю этого гада к тебе на суд! Мгновение ничего не происходило, и я уже было смирился с тем, что меня ждёт, а затем свечение, охватывающее рапиру, распространилось по всему телу, принеся долгожданное облегчение. Не теряя больше, ни секунды, я рванулся к своему врагу, пока он вновь не выкинул очередной фокус с моей кровью. Но он, как оказалось, не терял времени даром, резко распрямившись, он выдернул из пола свою руку, хотя теперь о том, что этот склизкий извивающийся отросток с шипом на конце некогда был рукой, догадался бы далеко не каждый.
Неуловимый взмах и я лишь чудом увернулся от измазанного в подозрительно гадкой жидкости отростка. 'Яд! Это точно яд!' — Мелькнула в голове паническая мысль, вызвав настоящую бурю ужаса. Это не магия — это обычный яд, один укол или царапина и можно прощаться с жизнью! Ещё один едва заметный жест и живая плеть послушно улеглась у ног колдуна. Уродство! Могу поспорить, этот гад улыбается! И надо признать заслуженно, его аргумент в нашем споре определённо более весом. Да он просто не подпустит меня к себе на расстояние удара! И как назло, мой пистоль остался лежать, где-то снаружи.
На дальнейшие сожаления времени у меня не осталось, поскольку колдун, похоже, решил от меня избавиться, и как можно скорее. Живой бич танцевал вокруг него, время от времени делая резкий выпад в мою сторону. Попытавшись отбить один такой выпад рапирой, я едва не лишился жизни — хлыст моментально обвился вокруг лезвия и едва не дотянулся до меня отравленным шипом. Меня спасло то, что колдун недооценил, то, насколько моя рапира острее обычной. Прежде чем шип воткнулся мне в руку, лезвие моего клинка рассекло необычайно плотную шкуру, и плеть колдуна укоротилась как минимум на пол метра. На этом положительные моменты закончились, и у меня начались настоящие проблемы. Колдун словно взбесился! Живой хлыст заметался по пещере, оставляя на стенах глубокие борозды, колдун же зашипел что-то невнятное, и я с ужасом заметил, как охватившее моё тело в начале боя свечение начало гаснуть. Он рушит мою защиту! Гад! Сколько у меня времени? Минута, полминуты? Проклятье! Что делать? 'Ну, как вариант, можешь покаяться' — Знакомый с прошлого раза, — голос самозваного творца прямо-таки сочился ехидством.
- Да иди ты! - Огрызнулся я, без особого труда, уклонившись от хаотично скачущего вокруг хлыста. 'Поосторожней, я ведь могу и выполнить просьбу' — Предупредил самозванец.
