- Ты нашёл нужные сведения, сын мой? - Проскрипел престарелый хранитель, впившись в чтеца взглядом, однако тот продолжал идти, словно бы и не слышал вопроса, раз за разом повторяя — 'Простите меня'.
- Ты нашёл то, что нужно?! - повысил голос хранитель, отступая от идущего в его сторону чтеца.
- Простите меня, я не хотел, но мне пришлось. - Бормотал чтец, длинные, изогнутые когти на его ногах с характерным клацаньем ударяли в пол.
- Исполни свой долг, чтец! - Рявкнул Тиберий, при слове 'долг' на лице чтеца отразилась довольно противоречивая гамма эмоций. Сделав ещё шаг, чтец остановился, и в Тиберия упёрся немигающий взгляд затянутых красной мутью глаз. Пальцы приора мёртвой хваткой вцепились в рукоять пистоля, тихо скрипнуло кожаное крепление.
- Долг. - Растерянно повторил чтец, застыв на мгновенье, затем юноша протянул к приору заляпанный чернилами свиток.
- Покойся с миром брат, мы не забудем о твоей жертве. - Тихо произнёс Тиберий, молниеносно выхватив пистоль. Прогремел выстрел, искажённое колдовством тело чтеца рухнуло на пол, обливаясь кровью. Сунув пистоль обратно, приор выхватил кроткий изогнутый клинок на тот случай, если чтец пережил выстрел, однако прицел оказался верным — тело юноши не подавало никаких признаков жизни. Впрочем, Тиберий уже давно не был столь наивным, чтобы убрать клинок в ножны или повернуться к трупу спиной. Пусть чтец и был для всех примером самоотверженного служения и благочестия, но это вовсе не означает, что проведённые в репозитории дни не исковеркали его душу. Случаи, когда чтец, выбравшись, из репозитория набрасывался на своих братьев, не были чем-то удивительным и ничуть не умаляли той жертвы, что эти люди приносили во имя господа.
Не дожидаясь команд, помощники хранителя набросили на тело чтеца закреплённые на длинных шестах петли, и таким образом, не касаясь его тела, погрузили его в стоя́щий у стены гроб. Тиберий напряжённо смотрел на то, как подручные хранителя заколачивают гроб.
- Ты принял свиток. - Проскрипел старческий голос хранителя.
- Я знаю процедуру. - Отчеканил Тиберий. - Но сначала я хочу проводить брата в последний путь.
- Он был лучше многих из нас. - Склонил голову хранитель, однако Тиберий не заметил в его голосе и тени вины за судьбу юноши. Чтец знал, на что идёт, как и то, чем закончится его поиск в репозитории.
- Остаётся надеяться, что добытые сведенья стоят того. - Тихо проговорил Тиберий, ступая за гробом.
Путь к залу Упокоения оказался недолгим, да и залом эту довольно скромных размеров комнату называть было явным преувеличением, однако хранители называли это место именно так. Причиной такого несоответствия был тот простой факт, что в этой комнату действительно обретали вечный покой все члены ордена. Расположенная в ней печь, специально приспособленная для сожжения останков, была финалом, который ожидал всех членов ордена. Тиберий прекрасно отдавал себе отчёт, что рано или поздно, его гроб точно так же запихнут в печь. Тем временем братья сноровисто втолкнули гроб в пылающие недра печи. У такой спешки были весьма весомые основания, как и у того, что тело сожгли без какой-либо погребальной службы. Смерть чтеца была единственным допустимым случаем, когда погребальные службы можно было отправить после кремации.
- Пора, брат. - Проскрипел Хранитель после молчаливого прощения с чтецом. Тиберий не стал отвечать, вместо этого он ещё раз прочитал молитву за упокой и вышел из зала Упокоения. Хранитель и двое его помощников, молча, последовали за ним.
Спустя несколько минут Приор уже сидел в небольшой комнатушке в окружении пятерых братьев-воинов в боевой готовности. Каждый из них держал на приора на прицеле. Все они были готовы спустить курок при первых признаках того, что записанная чтецом информация окажется слишком опасной.
- Я начинаю. - Предупредил братьев Тиберий, сдёрнув со свитка скрепляющую его тесёмку. Заляпанный чернилами пергамент тотчас развернулся. Несколько минут приор изучал написанное, под напряжёнными взглядами братьев по ордену. Прошла минута, вторая, однако ничего не происходило, Тиберий по-прежнему сидел, неудобно подогнув под себя ноги, и внимательно читал свиток, и чем больше он углублялся в чтение, тем напряжённей становилось его лицо.
- Свиток чист. - Объявил Тиберий, отложив исписанный чтецом свиток в сторону.
- Держите его. - Приказал стоявший всё это время за спинами братьев хранитель. Тиберий и не думал сопротивляться, когда братья по ордену выкрутили ему руки. Хранитель, не спеша, подошёл к приору и несколько долгих секунд смотрел ему в глаза, пытаясь отыскать в них кровавые искры запретного знания. Тиберий чувствовал, как невидимые пальцы влезли под череп. Ощущение было гадкое, но приор стойко его вытерпел. Подобную проверку он проходил уже не раз и знал, что неприятные ощущения — не единственные последствия подобной проверки. Впрочем, несколько дней мигрени ничто в сравнении с тем, какую цену платит проверяющий.
