'Меня что потоком этой дряни вышвырнуло' — Мелькнула в голове пронзительная мысль. Стряхнув плащ так, будто это ядовитая тварь, я внимательно изучил его на предмет прорех. Однако усиленная стальной паутиной кожа оказалась не в пример прочнее, чем дерево и камень. Или, что более вероятно, причина крылась в чём-то другом. Аккуратно подцепив пальцем, налипшую на плащ дрянь, я не ощутил жжения. Мощный 'ржавый' запах шибанул в ноздри, когда разъевшая камень жижа докатилась до моих сапог. Всё же это кровь, никаких сомнений быть не может. Этот запах я не забуду никогда, и вкус, отвратительный вкус собственной крови. Отогнав некстати вылезшие воспоминания, я брезгливо вытер кровь о штанину и вновь накинул плащ. Как бы то ни было, но обернувшаяся кислотой кровь его не тронула, хоть какая-то, но защита.
Так, нужно сосредоточиться. Аврелий, скорее всего, погиб, или тяжело ранен, иначе давно бы проявил себя. А это значит, что действовать придётся в одиночку. Едва ли этот монстр на горе трупов выпустит меня из города. Хотя почему это монстр, порывшись в памяти, я невольно поразился количеству деталей, что успел запомнить за краткий миг обмена взглядами. Пластика, манера двигаться, поворот головы, взмах рукой, всё говорило о том, что это вовсе не безумное животное, животные так не двигаются. Да и вообще слишком уж выверенные движения, да и пропорции говорят о том, что это существо если и не человек, то когда-то им было. Но как бы ни было, тварь на горе трупов, похоже, занята чем-то важным, и, вероятнее всего, разумна, и что самое неприятное ничем хорошим это не кончится. Обшарив перевязь, я извлёк из ножен свой 'весомый аргумент' и крадучись пробрался к заднему выходу из особняка.
Не думаю, что в чьих-либо силах быстро сравнять каменный особняк с землёй, так что какое-то время у меня есть. Работающий словно сам по себе разум стремительно обрисовал план действий, и я бросился его исполнять. А что ещё делать? Другого способа остаться в живых, у меня всё равно нет. Тут либо я грохну эту тварь, либо послужу материалом для постройки его пирамиды.
Проскочив через небольшой ухоженный садик и перемахнув невысокий забор, я ворвался в заднюю дверь соседнего особняка. Теперь следовало двигаться как можно осторожней, если эта смесь Фреди Крюгера с Эдвардом руки-ножницы меня заметит, всё придётся начинать сначала, и это в лучшем случае! О худшем даже думать не хочется. Прокравшись к небольшому застеклённому окошку, я предусмотрительно снял шляпу, чтоб она не выдала меня высокой тулей, и выглянул на улицу. Окровавленная тварь, по всей видимости, решила, что со мной покончено, и преспокойно занималась потрошением трупов. Методичность, с которой чудовище проливало кровь, производила гипнотический эффект. Привести застывшие, как мухи в кислее, мысли в порядок стоило мне кучи усилий и тонны нервных клеток, которые, по слухам, не восстанавливаются. Так, похоже, смотреть на его работу дольше пары секунд не стоит.
Собравшись с мыслями и нацепив на голову шляпу, я чуть ли не ползком выбрался из особняка. Тяжеленный инквизиторский плащ жутко мешал, но идея снять свою единственную защиту от колдовства, и вовсе вызывала у меня что-то вроде тихой паники. Так, я и полз, старательно придерживая полы плаща, чтоб боже упаси не звякнуло. Метр за метром я приближался к пирамиде из трупов, на которой стояло чудовище. Сотканные из крови символы порхали в воздухе в кажущемся беспорядке, но я старался об этом не думать. Сейчас не время и не место для размышлений о неправильности происходящего.
Мерзкий трупный запах становился сильнее с каждым метром, но я не останавливался. Стоило проползти ещё чуть-чуть, и до моих ушей донеслось едва слышное бормотание. Этот заляпанный кровью урод непрерывно бубнил какие-то фразы, раз за разом повторяя бессмысленный, на мой взгляд, набор звуков. Всегда приятно осознавать, что сделанные выводы верны. Тварь определённо разумна, а голос явно принадлежит человеку. Последние несколько метров я прополз, с трудом перебарывая рвотные позывы. Осторожно перевалившись на спину, я вытащил из ремённой петли пистоль.
Таак. Теперь прицелиться, думаю, если снести этой пакости голову мало ей не покажется. Наведя дуло 'последнего довода' куда-то в район шеи чудовища, я плавно потянул за курок. Едва слышный щелчок механизма прозвучал неожиданно громко, следом бабахнул выстрел, руку дёрнуло отдачей, а окружающий смрад разбавился вполне приемлемым запахом пороховой гари.
