. Ай! - Правую руку чувствительно дёрнуло током. Попытавшись отбросить ужаливший меня предмет, я с удивлением понял две вещи: во-первых, я не могу этого сделать, а во-вторых, коварным предметом оказался мой пистоль. Сколько я не пытался разжать пальцы, ничего не выходило, пистоль же продолжал биться током. Попытка разжать пальцы левой рукой привела к особенно сильному удару током. Блин, да что ж это творится? С бьющимся током пистолем, нежелающим покидать руку, пришлось смириться. Поднявшись с пола, я вышел на улицу. Без сил опустившись на ступени, ведущие в часовню, я принялся прокручивать в голове недавние события, да так увлёкся этим процессом, что не заметил, как прекратились электрические разряды. Пальцы, впрочем, по-прежнему не желали разжиматься. Осторожно помогая себе левой рукой, я заставил-таки правую выпустить коварный пистоль. Подхватив его в воздухе, я сунул успокоившееся орудие убийства в ремённую петлю и только после этого в ужасе уставился на ладонь правой руки. Тонкие светящиеся красным светом линии оплетали каждый сантиметр ладони и пальцев, не нарушая, правда, границы тыльной части. Жуть! Это что такое? Осторожно коснувшись одной из светящихся линий пальцем, я дёрнулся от электрического разряда ну или от чего-то подобного (будь это электричеством, я чувствовал бы удары постоянно). Так, понятно, руками не трогать, тем временем линии, извиваясь, словно живые сложились в хорошо узнаваемый узор. Мать моя женщина да это же крест! Символ здешней веры самовольно пролёг через всю ладонь, прихватив заодно средний и безымянный пальцы. Даже не знаю, смеяться или плакать. Ладно хоть чувствительность и подвижность пальцам вернулась. Надо бы найти где-нибудь перчатку, не сто́ит светить подобным клеймом в монастыре, а то ещё в святые запишут, а боженька чувствую, мне этого не простит. Сжав руку в кулак, чтоб, не светить направо и налево явленным чудом, я отправился проведать настоятеля.
А он неплохо справляется, — произнёс Лимбий, глядя на то, как Дмитрий прохаживается по внутреннему дворику монастыря.
- Цвирк, цвИИирк, цвиии' — проверещало небольшое, похожее на помесь птички с осьминогом существо.
- Ты прав, Палира будет в бешенстве, если я не подчинюсь, — вздохнул настоятель.
- Цвиирк, цвирк-цвирк, — вновь прочирикало существо.
- Мне тоже жаль Ультину, но, похоже, она окончательно выжила из ума, ни мне, ни уж точно Палире не нужна резня и последующая реакция инквизиции, а Ультина намерена устроить именно резню.
- Цви-Цвиирк, прочирикала тварь, проворно взобравшись настоятелю на плечо.
- Да, я знаю, Палира подстрахует и проследит, чтобы аутодаффе прошло на этот раз без проблемм.
- Элина почти оправилась и направляется в сад, — отмахнулся Лимбий,
- Теневого охотника, подаренного Палирой, жаль, но я не думал, что они ухитрятся с ним справиться, он должен был их только потрепать.
- Цви? — вопросительно чирикнула тварь, переминаясь с лапы на лапу.
- Да их необходимо разделить, этот монах ордена, очищающих чем-то, заражён, и это что-то направляет его мысли. - Погладил тварюшку Лимбий, — и передай Палире, что её драгоценный охотник уже движется к ней, ну, а монах останется у меня я хочу как следует его изучить.
- Цвиии, — пропищал монстрик и в следующий миг, сорвавшись с плеча настоятеля, выпорхнул в окно, поводя в воздухе порядком удлинившимися щупальцами. Едва монстр исчез из виду, как в дверь кабинета настоятеля постучали.
- Входи, — обернулся Лимбий, нацепив на лицо привычную маску слегка плутоватого клирика.
