Без скафа она такой в руках не удержит, но с экзоскелетом проблем не будет. Я также припас несколько видов гранат и взял устройства взлома. Со всем этим мы пошли в трюм. «Авангард» был припаркован так, чтобы при необходимости сразу вылететь носом вперёд. Занимал он довольно солидную часть пространства и чтобы не расходовать зря место над ним и не придавливать ящиками сверху, он покоился под большой самодельной «полкой», при желании убираемой на петлях.
Смотрелась машина, конечно, скверно, но я не видел смысла её красить. Пусть выглядит как ведро, потому что, во-первых, так оно и есть, во-вторых, если она понадобится, обычно лучше выглядеть не слишком опасным.
– Тимур, за штурвал, я буду на посту канонира. Если турели «Ностромо» оживут, тут же старайся спрятаться за скалой, не лети к «Банши».
Учёный немного неловко уселся на потрёпанное сиденье. Я устроился рядом на место канонира и включил турель. Приборная панель засветилась. На экране появилась картинка с камеры и прицел…
– У нас не работает один из двигателей…
Я глянул на соседнюю панель – и правда, средний с левого борта выдавал ошибку.
– Плевать, он нужен только для повышения грузоподъёмности.
– Шард… отремонтируйте его, пожалуйста. Вдруг нам понадобится эта машина.
– Хорошо, разберусь, пока будем лететь на джампере. Там вроде ничего серьёзного…
Учёный вздохнул, зачем-то прогнав диагностику и убедившись в плачевном состоянии буквально каждой системы. Проще собрать новую машину, чем ремонтировать до идеала эту. Не ставить же новые детали на старый латаный-перелатаный корпус, который останется, если снять всё изношенное?
Собственно, будь «Авангард» в хорошем состоянии, я бы продал его.
– Шериф, мы готовы. Не приземляйся и включи варп-глушилку.
– Знаю, расслабься.
Аппарель стала открываться, но силовое поле удерживало очень уж агрессивную атмосферу от попадания в трюм. Правда поле нагрузила до предела чрезмерная разница в давлении. Мы висели на высоте где-то шести метров над землёй. «Банши» повернулся к нашей цели кормой.
Увидели мы её не сразу: автоматическая система затупила и сама не выровняла яркость картинки с камер под царящую снаружи тьму, озаряемую частыми вспышками молний.
– Эм… я… – сказал Тимур.
– Что? Вылетай давай…
В проходе между сиденьями появился Борис.
– Можно я? Боюсь, профессор не привык пилотировать при таких условиях. Я хотя бы в симуляторах подобное делал…
Я кивнул. Тимур не стал выделываться и уступил место молодой крови, которая дорвалась до приключений в космосе. Сначала нерешительно, но потом вдавив полную доступную мощность, Борис вылетел из трюма и сразу же взял вниз, уходя под брюхо «Банши».
Системы просигналили о высоком наружном давлении и экстремально низкой температуре, но разгерметизации не последовало. Впрочем, я отдал команду начать выравнивать давление.
Движением джойстика поднял турель над нами, посмотрев её камерой на свой корабль, который вновь развернулся носом к «Ностромо» и чуть подался вперёд, приняв на себя несколько ударов молний.
Пролёт прошёл гладко. Я через турель следил за «Ностромо», игнорирующим приближение БМВД. Щиты не могли блокировать наш медленный проход: даже не пытались. Борис меня удивил, около аппарели он сначала завис, позволив оценить сравнительно огромный трюм, после чего без команды развернул «Авангард» кормой вперёд и уставился на вид с задней камеры, который транслировал отдельный экран.
– Так… удобнее будет срочно улетать, верно?
– Молодец, догадливый. Заводи внутрь. Тимур, на турель. Я выхожу первым. Борис за мной. София до команды ждёт у дверей.
Все приняли мои указы. Вскоре шасси немного резко коснулись пола: нас тряхнуло. Впрочем, отличный результат для впервые вживую управляющего старым БМВД.
– Так… искусственная гравитация на корабле функционирует. Это, пожалуй, хорошо. Вам не придётся учиться действовать при пониженной. Сейчас не удивляйтесь.
Я прошёл через салон, вдоль стен которого были установлены кресла для десанта. На них дожидалось моё оружие. Задняя дверь резко раскрылась, опустив на пол короткий мостик и откинув верхнюю часть на манер крыши. Освещения не было даже аварийного, и в этот раз я решил включить фонарь.
Резко выскочил наружу и тут же ударил парой импульсов по потолочной турели.
В моих руках была массивная модель «Пересвет», весящая десять кило, но слишком старой она не была. Несколько ярких вспышек, ударивших в одну точку, пробили броню турели внутренней обороны и наверняка сломали её. Щитов у неё не имелось. Может быть, вообще обесточена.
Я тут же шагнул внутрь броневика и замер, смотря на вторую, выглядывая под «крышу». Ноль реакции.
– Стоит ли ломать корабль? – спросила София.
– Не хочу получить из них в спину. Такие турели очень опасны, лучше заранее уничтожить. Если бы хозяин был против, он бы вышел с нами на связь.
Она спорить не стала, а я снова высунулся и сломал вторую турель, а потом и третью, расположенную на потолке прямо над входом. Сменил частично потраченный аккумулятор и жестом приказал следовать за мной.
Потом спохватился и отдал команду голосом.
