— А пока…
— А пока я схожу в город, пообедаю. А тебе лучше сесть на низкокалорийную диету. Мне не нравятся толстые.
— И даже не расскажешь, зачем тебе все это нужно?
— Много будешь знать, по ночам не будешь спать.
Шейла ушла, а я закрыл глаза и вздохнул с облегчением. Посмотрим, как она справится, когда меня скрутит приступ. Сдается мне, кому-то после этого придется менять штаны…
Я подергался, проверил путы: то, что издалека казалось веревками, оказалось металлическим тросом. Он был закреплен так, что выбраться мне было нереально, не говоря уже о том, что оставил уже синяки на запястьях и мешал кровообращению. Нежить Шейлы была неподвижна, следила за мной, и разговорить их у меня, разумеется, не вышло. Поразмыслив, я решил попытаться прощупать те нити, через которые ими управляют, но и это не дало результатов.
Прошло четыре часа, прежде чем настроение резко упало. Потом на секунду я утонул в воспоминаниях, породивших волны ужаса. Но на этот раз я был в сознании, и приступ проходил очень и очень мягко. И теперь, у самого основания этой волны ужаса, если можно сказать, я кое-что заметил: тот самый, знакомый мне источник первородной энергии… Или не совсем ее? Резкий, колкий… но очень маленький. Ощущения были, словно я вновь черпал заемную силу у «Крови хаоса». И именно эта энергия потом переходила в волны ужаса, забирая с собой мои силы, если таковые были… С одной стороны это можно назвать радостным открытием: я не безоружен, и сумей я направить эту силу, может, смогу и вырваться, но с другой стороны… Я прекрасно знал, какую плату берет эта дрянь за помощь.
Шейла вернулась через два часа, когда я почти закончил плавить один из привязывающих меня к столу тросов. Сил от этого странного источника было немного, и процесс шел медленно.
— Побег в разгаре?
— Ты мне резко разонравилась — с улыбкой ответил я.
Я расслабился, и аура страха вновь разлилась вокруг меня.
— Как страшно-то… — в голосе звучала ирония — Вижу, быть со мной ты не хочешь… Или, вернее, не можешь… Жаль.
— Ну, могу, не волнуйся… Но, правильно сказала, не хочу.
— Расслабься… Лесной. Так ведь вы себя называете? Интересно, до какого предела довели тебя муки о потерянной любви… Ну ничего, я помогу. Пуля в лоб — это лучшее лекарство от таких болезней.
Выстрел пробил Шейле плечо и она упала, сжимая рану рукой, на пол. Грохот еще не успел стихнуть, а гвардия Шейлы в момент ввязалась в схватку с кем-то.
— С тебя причитается — произнесла Алима, возясь с замком, который крепил трос к бетонной плите. Занятие ей скоро надоело, и она отстрелила не слишком надежный навесной замок, а потом остальные три, оставляя мне на руках по метру стального троса.
Вместе с Алимой на выручку подоспели знакомые мне практиканты из крепости и небольшой отряд нежити.
Следующим действием было взять брошенный мне пистолет и ретироваться к выходу, прихватив с собой Шейлу, которую я немилосердно оглушил ударом по голове, чтобы не брыкалась. Надо отдать должное, нежить у нее была добротная: я вообще дилетантом казался. По всем характеристикам неживая составляющая спасательного отряда существенно уступала противнику. Но драться мы были не намерены и практически сразу, как Алима отвязала меня, мы переместились в мою крепость.
— Спасибо, свободны — махнул я практикантам. Алима же дождалась, когда те отойдут, а потом устроила мне разнос.
— Ты совсем рехнулся? Чем думал, когда полез туда? Срок аренды мозгов истек, а контракт не продлил?
Я выслушал тираду и вздохнул.
— Ну не знал же я, что эта штука из Альянса так на меня подействует.
— Наркоман. Да тебя даже на пару деньков не оставишь без присмотра.
Я ухмыльнулься.
— Нет, к этому дерьму я больше не прикоснусь.
— Не зарекайся. Я видела тебя, когда ты испытывал ту настоечку. Такого тупого выражения лица и счастливой улыбки у нормальных людей не бывает.
Наш разговор прервала начавшая приходить в себя Шейла, которую я по прибытии в крепость просто сгрузил на пол.
— Надо ее к врачу, а то крови много потеряет…
— Но только в крепости ты доктора не держишь, так? — ехидно осведомилась Алима.
— Ну… Нежити врач как-то без надобности…
— И что бы ты без меня делал… Твое счастье, что я прикладником-лекарем когда-то была — задумчиво произнесла она и принялась осматривать рану — только не вздумай помогать.
Шейла окончательно пришла в сознание, и попыталась, еще не до конца понимая ситуацию, вывернуться из рук Алимы. Сделала эту попытку она зря, так как, став вновь человеком, Алима лишилась Дара, и единственная доступная для применения анестезия являла собой достаточно сильный удар по голове. После этого Алима перевязала рану и кивнула мне.
— Все. Пуля прошла навылет — ей повезло. Можешь забирать и тащить в подземелья допрашивать — потом хихикнула и добавила — И видеокамеру не забудь.
