Прежде, чем я успел понять, где кроется юмор, Алима растаяла в алой вспышке врат вместе со своим извечно ехидным смехом. Поразмыслив немного относительно перспективы пытать Шейлу, я пришел к выводу, что делать мне этого не хочется — гораздо проще сбагрить ее инквизиторам, которые свое дело знают и любят. В то, что содержимое ее головы прочитается легко и будет преподнесено на блюдечке, я не верил…
— Октамерон?
Залы дворца дергались, то и дело меняясь. Двери хлопали, то и дело самопроизвольно срываясь с петель. Ния нашла Октамерона сидящим на снегу, в одной из комнат. Шорты цвета хаки и цветастая пляжная майка на тощем старческом теле смотрелись совершенно жутко и неправдоподобно. Потолка у этой комнаты не было, лишь двери, ведущие прочь из ледяной пустыни.
— Ой, мороз, мороз, не морозь меня — фальшиво пел старикан с улыбкой младенца на лице.
Увидев эту картину, Ния нервно сглотнула. Ее начальник был невменяем, и это было видно невооруженным взглядом. Неужели все?
— Октамерон?
— Ты моя внучка?
— Да, если угодно — откликнулась та и осмотрела опухоль.
Одна рука весит безжизненной плетью, а черные язвы уже поразили часть лица… и, судя по всему, и мозг.
— Да ты же Ния… Помню, помню… или нет?
— Наверное — тактично ответила та и прикусила губу.
— Скажи, как можно переместить каплю в другой мир, не погубив мир, из которого она уходит?
— Каплю? Чего? Вина или масла?
— Хаоса.
— А Хаос продается в каплях? Купи!
— Ну, плоти нижних миров, каплю. Как?
Ни в чем не повинная верхняя губа была подвергнута немедленной пытке со стороны зубов.
— Плоти? Или может, мяса? Мясо жарят? Или нет?
Старик озадаченно поморгал глазами.
— Пойдемте, здесь холодно.
— Холодно? Почему же, здесь жарко!
Повинуясь воле хозяина, ледяная пустыня в момент обратилась самой настоящей пустыней, а температура в момент подскочила до добрых сорока градусов.
Ния глубоко вздохнула и покачала головой. Руки опускались.
— Вот теперь у нас действительно проблемы. Ты хоть что-нибудь помнишь?
— Я помню все! — яростно ответил старик — Помню тот город и веселые падающие звезды… Они такие красивые костры жгли… Из зданий. И ты такая печальная… Но стой, ты же не моя внучка! Ты не можешь быть моей внучкой, ведь у меня нет внучки!
— А почему тогда ты меня спас?
Смех ушел и сквозь безумие проглянулись остатки серьезности.
— Мне нравилась твоя игра в театре. И ты могла существовать здесь.
— Октамерон, так как переместить каплю из мира не уничтожив его?
— А я почем знаю, ведь я не проронил ни капли! Носовым платком!
Шейла раскололась и без помощи инквизиции, сдала всех, кого только могла, лишь бы я ее отпустил. И даже передала мне кристалл, которым управляла своей нежитью. Как выяснилось, она не из поклонников Беркариуса, тот ей совершенно не импонирует. Зато импонирует Коборган. В результате я сдал ее тюремщикам Альянса.
Сейчас я сидел в офисе и делал самую скучную часть моей работы: набирал отчет Илоне.
Алима, периодически заглядывала через плечо и тогда в мой адрес сыпались призывы «Не опускать подробностей и описывать всю свою глупость наиболее подробным образом».
Наверное, я бы и эту работу спихнул на Алиму, если бы не предвидел, что там меня выставят полным недоумком.
Максим сейчас тоже сидел в моем офисе и читал финансовые сводки. Когда бизнес пошел вверх, я разрешил ему играть с акциями на бирже, но предварительно жестко ограничил финансирование этих игр. Однако, несмотря на все, мой финансовый директор умудрился не только не спустить выделенные деньги, но еще и купить мебельную фабрику, ставшую ничем иным, как НПЦ «СинтезМебель».
Джим ввалился в мой офис неожиданно. Взъерошенные волосы, усталый взгляд, и дополняли картину несколько длинных свежих царапин на лице.
— Игорь, хорошо хоть тебя застал…
— Что стряслось?
— Да я только из передряги. Сбежал с трудом. Выкинуло близ Владивостока, так что досюда добирался автостопом. Ни камней врат… Вообще ничего. Все там оставил.
Джим хозяйски открыл буфет и, не найдя спиртного, вздохнул.
— Черт, да как ты без бутылки в заначке живешь?
Я порылся в столе и откопал ту памятную флягу с коньяком, которую так и забыл вернуть Джиму.
— Родимая… Спасибо, старина. Я тут из такой передряги…
— Рассказывай.
— Знаешь, бывают такие миры… Их еще называют сумасшедшими.
— Ну, а чем этот мир не психован?
— Игорь, да ты хоть читал путеводитель по мирам наш?
Честно скажу, не читал. Увидел, что там дублируется сказанное в демонической книжке и забросил.
— Ну… Пролистывал.
— В общем, есть миры, где нет толком ничего. Только то, что наши яйцеголовые зовут «первоисточными силами». И если туда попадает разумное существо…
— То оно сразу подыхает?
— Если бы! Все хуже. Оно становится там богом, если можно сказать. Творит мир с теми законами, какие желает… Правда, при этом с катушек съезжает. Из мира того ни этому творцу, ни его творениям его лучше не выбираться. Вернее, выбраться они не могут — сразу перестают существовать, если можно так выразиться. В общем, тебе туда как физику лучше не ходить. Получишь душевную травму до конца дней.
— А почему такой бог съезжает с катушек?
