— Экипаж «Белый Призрак». Корабль: охотник драконьей постройки, окраска монотонно-белая, за исключением небольших продольных черных ромбов у главных сенсоров, ромбы значительно более вытянуты назад. По своему времени это был очень совершенный корабль. Двуногий экипаж опытен, капитан Лойхи Корви. У тебя должны были быть с ними большие проблемы. Так что, вспоминай, — леди Аарона отодвинула кружку с алкоголем в сторону (Шейла и Шенри поступили точно так же: контракт в исполнении — сухой закон! таков принцип кампании «Охотники Аароны»), зато подхватила со стола (ее тоже положила колли) большую деревянную ложку, и запустила ее в содержимое своей тарелки, — Я заплачу за сведения реальным образом. Можешь не сомневаться.
— Хм. А ваша предшественница, из семьи, что сейчас поставила свой флаг промеж нас, грозила мне Законом, — в ответ вновь усмехнулся волк, тоже берясь за ложку, — Мне нужно подумать: память уже не та, что в молодости. Вам, огнедышащим да птицекотам, не знающим старости, это не понять, но я сейчас вот так быстро уже и не соображу. Нужно память поворошить. Подождете дней несколько? Приглашаю в наш дом — каюты есть. Уважьте, бара.
— Я родилась высоко, но зарабатываю на жизнь продавая свои умения. Так что, знаю, что Закон — плохой путь к достижению обоюдного согласия. К нему легче прийти через сделку: я — тебе, ты — мне, — одобрительно склонила рога леди Аарона, и добавила, — Благодарю за приглашение. Я его принимаю. И жду твоего ответа в течении двух дней. Но знай меру в цене: это не столь дорогой контракт, чтобы я согласилась на любую плату.
— Мне не так уж много нынче надо, бара. Семейная жизнь, как это ни странно, умеряет аппетиты. Ну, либо я был слишком прожорлив, пока ходил в пустоте, — усмехнулся волк, но тут же посерьезнел, — Бара, я не даю вам никаких обещаний: мне нужно вспомнить. Как я уже сказал, я уже вовсе не таков, каким был когда-то на мостике.
— Не буду врать, что понимаю. Но время у нас есть: я подожду пару дней, — согласно кивнула Айялу леди Аарона, — Покажи нам наши места: нас девятеро. Мы с Шейлой не против того, чтобы ночевать в одной каюте с самцами.
Пожилой волк в ответ согласно встряхнул своей уже поседевшей гривой, и довольно (видимо, что-то уже задумав) распорядился колли, — Флойка, сейчас, когда отобедаем, я пойду покажу барам их каюту. Ничего не выдумывай! И мужа с остальными самцами почем зря не баламуть! Ничего со мной не случится. Перебивала бы награда за меня плату за контракт и риски, так и совсем по-другому бара бы со мной разговор начала. Успокойся, в общем. И делом займись.
В ответ колли растерянно гавкнула. А Шенри открыто развеселился: его забавляло то, что молодой влажноносой и невдомек, что старший пес говорит чистейшую правду — если бы драконы захотели, то скрутили бы экс-пирата в два счета, и ни один крестьянин, отродясь меча в руках не державший, им помешать не смог бы. Шейла, в общем-то, веселье квартермейстера разделяла, но показывать его не стала. Не перед кем: молодую колли драконесса могла лишь пожалеть.
Комната, которую Айял предложил наемным мечам, была простой, но просторной. Видно, что она предназначалась для ровно таких же гостей, как и сами псы: непритязательных, но приходящих в гости большой компанией. В целом, если не считать непривычных звуков по ночам и залетающих с улицы насекомых, Шейла была вовсе не против такого пристанища — драконесса она была не капризная, а общество самцов ее не стесняло.
Псы же, вернувшись вечером домой, отреагировали на нежданных гостей растерянно, а потом, когда с их самцами переговорил Айял, почтительно — понимали то, кто тут сила. Семья, кстати, у экс-пирата оказалась большой. И, нет, Айял не был каким-то этаким сверх-самцом, в одиночку настрогавшим весь этот влажноносый выводок. Семья (стая, по-песьи) эта была сводной: ее основали три самца-пса, сошедшихся в один клан — так жить проще. Так что, только треть из старших ныне мохнатых самцов тут были Айяловы. Впрочем, не важно. Шейла, все равно, предпочитала с ними не сходиться и держать дистанцию.
