Амеван медленно опустил пальцы и, не сводя взгляда с топоров, заковылял к лестнице. Рантар не смотрел ему вслед.
Мальчишка! Да что он знает о жизни? Только и умеет, что открывать рот и задавать вопросы. Думает, что это жестоко? Мир жесток куда больше, чем Рантар. А тех, кто не хочет этого понимать, мир бьет еще сильнее. Никогда не дает того, что ты хочешь. Нужно учиться добиваться своего.
Вспомнились тренировки с отцом. А потом то, как Рантар тренировал Фило. Мальчик нуждался в настоящих тренировках. Как иначе? Он мог в любой момент остаться один. Селина уже оставила их. Смерть всегда побеждает, а Рантар не мог отдать ей еще и сына.
– Я все сделал правильно, – произнес он в пустоту.
Никто ему не ответил, только веко начало дрожать еще сильнее. Он потер глаз и воткнул топор в трухлявую стену. Он так долго пытался найти свои воспоминания, вспомнить, куда исчез сын. Кем он был раньше. А теперь предпочел бы забыться. Потому что чем больше он вспоминал, тем сильнее дрожало тело и руки.
Снова заскрипели ступени, Рантар уже хотел рявкнуть, но заметил знакомые залысины Гуго.
– Решил заняться ремонтом? – спросил он, рассматривая топор и следы на досках.
– Я не в духе. Говори или выметайся.
– Вы подрались? На рогатом лица нет.
– Не думал, что ты за него переживаешь.
– Переживаю. Только не за него. Знаешь, когда я увидел тебя рядом со своим домом, то здорово струхнул. Те, к кому приходит Рантар Два Топора, редко оказываются живы. Или с целыми конечностями. Но ты пришел не от королевы. Я бы мог сдать тебя и расплатиться со всеми долгами, но не стал. В глубине души я все еще надеялся, что прежний Антар с нами. Он еще с нами?
– Антар – первая жертва Рантара. Он отрубил все лишнее, а остатки бросил в дальний угол.
– Все так плохо?
– Когда люди смотрят в отражение – они видят себя. А я не могу понять, кто передо мной. И что он от меня хочет. Ты это хотел услышать?
– Если ты это понимаешь, может, еще не слишком поздно? Ты наживаешь врагов куда быстрее, чем раньше. А заводить друзей так и не научился. Не хочешь – убери подальше этого амевана, но не надо издеваться над ним. Они все психи. Я хорошо помню, как они содрали кожу с моего брата.
– Твой брат записался в добровольцы, чтобы вернуть промотанное наследство. Он знал, на что шел.
– Мы все знаем. Даже если не признаемся себе. Разве кто-то загнал меня в этот крысиный угол специально? Я мог быть как все, проглотить боль и разочарование и жить дальше. Но я выбрал свою гордость. И теперь мы живем с ней вдвоем в этом милом доме. У каждого свой крысиный угол. Мне кажется, твой сидит у тебя в голове. Ты можешь туда забиться, но сможешь ли выбраться? Я не смог.
Гуго постоял молча, потом повернулся к лестнице и стал спускаться.
– Она закончила, если ты хочешь знать.
Рантар встрепенулся, позабыв свои топоры и тяжелые воспоминания, и почти побежал вниз. В зале сидела только Виктория, амевана видно не было.
«Обиделся, дурак, ну и ладно».
– Выкладывай.
Виктория почему-то медлила переходить к многочисленным листам и картам, разложенным перед ней, но потом устало ткнула в картинку, к которой были приложены знакомые желтые листы.
– Это тут, хотя я с трудом могу в это поверить.
Рантар впился глазами в место, что она показывала. Ее удивление было понятно – это была Расколотая башня. Центр города. Место, от которого все старались держаться подальше до сих пор.
– Если ты точно все проверила, значит, это не ошибка. Вполне в духе Семера. Сукин сын спрятался не просто там, где его будут искать меньше всего. Он выбрал самое заметное место в городе.
– Но это бред! Его бы давно схватили. В башне стража.
– А если это под башней? – Гуго подошел ближе. – После восстания магов Черного солнца землетрясение уничтожило не только башню. Полгорода сгинуло. Трещины раскололи землю, и кроме каналов, я слышал, там теперь множество ходов и пещер.
– Он там, – Рантар кивнул, ощущая дурной запашок обмана. Семер был живуч, как таракан, и никогда не был излишне горделив, когда вопрос касался выживания. Если он нашел способ спрятаться под башней и отправил послание, значит, мог оставаться там до сих пор.
– Может, это ловушка?
– Запросто. Но мы все равно туда пойдем.
– Я не ослышалась? Ты сказал «мы»? – Виктория застыла над столом.
– У тебя есть возражения?
– Шутишь? Да целая сотня! Если я правильно поняла, ты хочешь заявиться к беглому генералу, который регулярно поднимает восстания против королевской власти. Генералу, который считает тебя предателем и наверняка захочет поквитаться. Мне-то зачем туда идти?
Все тело Рантара дрожало, начиная от пяток и заканчивая затылком. Вот она, цель, так близко. Он не остановится ни перед чем. Тем более перед такими мелкими возражениями.
– Затем, что, если меня убьют, тебе никто не станет помогать. И куда ты пойдешь без денег и с обрывками памяти? Напомнить, что тебя разыскивают за убийство пастора и кучи людей?
Виктория несколько раз моргнула, вид у нее был такой, словно он ударил ее. Но не все ли равно? Пусть понимает, с чем имеет дело.
