Она хотела что-то возразить, но ее взгляд переместился за спину, и Рантар повернулся вслед за ним. Перед лестницей стоял Имва с припухшей щекой. В его взгляде что-то изменилось, но это изменение было слишком неуловимым. Амеван старался не смотреть на него.
– Что случиться?
– Я нашла место. Это Расколотая башня. И Антар хочет, чтобы мы шли с ним.
– Большая башня пополам? – Амеван задумался и взялся за кулон, хотя тут же оторвал от него руку, будто обжегся. – Хорошо, я идти.
– Вот видишь, – повернулся Рантар, слегка смущенный тем, как быстро согласился амеван.
– Но ведь там должна быть куча стражи! – не сдавалась Виктория.
– Мы пойдем, когда стемнеет.
– И как мы найдем в этих ходах тот, что нужен нам? Как не заблудимся в подземельях? Я многое вспомнила, но я точно не любитель прогуляться по пещерам.
Внутри Рантара будто ожил зверь, который хотел выбраться. Его влек неутолимый голод. Жажда действия. И вправду, как отыскать путь? Зверь в груди метался, пока не напал на след.
– Бартес.
– Чего? – встрепенулся Гуго.
– Если кто-то и специалист в закоулках и тайных путях, то он. Уверен, ему известны все пещеры.
– Не знаю, что это – шок или безумная радость, но тебе напомнить, как вы давеча с ним расстались? Он наверняка думает, как именно будет резать тебя на лоскуты. И знаешь что? Семер ничем не лучше.
– Вот с этим я согласен. Но я кое-что знаю про эту породу, они любят наживу. Любую выгоду, которую смогут получить. Для них человек лишь товар. Твой Бартес не станет ничего делать, пока не будет уверен, что королева не придет мстить. И с радостью ухватится за возможность сотрудничать. И Семер тоже. Он не станет меня убивать, сначала придумает, как использовать.
Рантар хрустнул пальцами в предвкушении. Ноги сами несли его к выходу. Он даже про топоры забыл на мгновение. Голова была забита предстоящими мыслями о встрече с сыном.
«Что я скажу, когда его встречу? Может, лучше просто помолчать? Интересно, на кого он стал похож: на Селину или меня? Ох, лучше бы на Селину…»
– Антар, погоди! Ты что, вот так вот заявишься к Бартесу один средь бела дня?
Гуго выглядел так, словно кто-то пришел на бал голым вместо того, чтобы надеть его чудесное одеяние. На этот раз старое имя даже не резало слух Рантара. Возможно, еще есть шансы вернуть хоть часть прежней жизни. Ту часть, которую еще было жаль выбрасывать.
– Ну почему же, я возьму топоры.
Он не обращал внимания ни на причитания Виктории, ни на хмурые взгляды Гуго. Какая разница? Главное, что цель близко. Не ожидая возражений, Рантар ушел.
Мир вокруг постепенно оживал. Становился четче. Тусклые краски уходили, хотя с пасмурного неба начало срывать ледяные хлопья. Но это хороший знак. Определенно, хороший. Все меняется, и наступает новый этап.
Рантар прошел через Площадь предков, отметив, что на старом дубе, на окраине очередной расщелины, еще золотятся листья. Дерево напоминало взрослую женщину, полную достоинства и намеков на былую красоту. И все же эти яркие листья вызывали недовольство. Мир изменился. Укрывался белым ковром из снежинок. Наступала зима, а дуб будто не хотел признавать это. Молодился, как знатная дама, делая вид, что на дворе только ранняя осень. Кого он хочет обмануть? На секунду возник порыв стрясти все листья, но Рантар ему не поддался.
На секунду в луже промелькнуло знакомое женское лицо. Только на мгновение, но этого хватило, чтобы по телу пробежал холод куда больший, чем от пронизывающего ветра. Уже через секунду в мутной воде отражались лишь набухающие под снегом листки.
Рантар помрачнел и перестал глазеть по сторонам. Доротея мерещилась ему то во снах, то в отражениях. Дразнила, кричала или успокаивала. И никак не желала оставить в покое. Наплывы ярости сменялись ощущением глубокой пустоты. Иногда он вздрагивал, а порой чувствовал, как от воспоминаний о проведенных с королевой ночах твердеет в штанах. Стоило увидеть ее облик, как Рантар чувствовал, что падает в бездонную пропасть. Словно в издевку, временами в лужах он видел и лицо Эстебана. Хотя для этого не было никаких причин.
Мысли и чувства сплетались в упругий клубок. Но образы были лишь наваждением, туманом, путающим мысли. Следовало заняться делом.
Непомерный, раздувшийся дом Бартеса встречал Рантара все так же. Скрипом колес в механизмах и поднимающимися клубами пара. Уродливый огрызок, который кто-то случайно обронил в центре площади.
Рантар равнодушно прошел через главный вход, не обращая внимания на растерянные лица девушек-служанок и встающую с мест охрану. Он представлял, куда примерно нужно идти, несмотря на путаницу коридоров. Остановить его никто не пытался, что упрощало дело, но вызвало легкий укол разочарования.
«Второй поворот налево. Еще два охранника. За стеной наверняка лестница. Поднимались по ней. Еще два стрелка. Так, здесь еще один».
