Ежихин судорожно достал из кармана джинсов перстенек из Михайловского замка и, не обращая внимания на замершего напротив Федю, принялся рассматривать его, продолжая судорожно размышлять. Он неожиданно снова оказался в пограничном состоянии. Ему привиделся император Павел в своей спальне. В голове крутилась мысль, и казалось, что если бы только ее схватить – то все стало бы понятно, все непонятные кусочки мозаики сложились бы в одну ясную картину. «Тихо… тихо… Дворяне, золотой век дворян, обласканных Екатериной. Общественники, за каких-то три-четыре года ставшие особой кастой, обласканной властью… Власть приласкала, обратила внимание… поцеловала… Так-так-так!»
И, как это часто бывало, внешние обстоятельства вырвали Туриста из пелены мучительных догадок. В самый момент озарения между столиками кафе прошел человек и слегка задел плечо Туриста. Тот машинально посмотрел на него невидящим взглядом, снова уставился на руку с царским перстнем, потом резко повернул голову в сторону человека, неожиданно узнав его. Это был тот самый бандеровец Арни из поезда, который со своим дружком наговорил про него милиции и, собственно, из-за которого Турист попал в скверную вокзальную историю. Между прочим, по-прежнему находясь без паспорта и, наверное, даже в розыске.
Ежихин сдержал себя, чтобы не разволноваться и не броситься к старому знакомому, достал портмоне, отсчитал несколько купюр Феде, отчего тот еще более преданно и влюблено начал глядеть на Ивана, положил купюру на стол для официанта и молча, стараясь не привлекать внимания, встал из-за столика и направился к выходу. Перед дверью он глянул на столик в углу, куда присел его старый знакомый. Похоже, Арни не заметил его или не узнал, по крайней мере, в этот момент он, наклонившись к собеседнику, что-то шептал, одновременно передавая какой-то сверток ему в руки под столом.
«Шпион, что ли? – подумал Турист, вышел, огляделся и сел на лавочку под цветущей сиренью так, чтобы видеть выход. – Нет, нет, нет! Нельзя его упускать из виду, сейчас вот посмотрим, в какой гостинце он остановился, а вечерком попрошу Петровича сходить к нему в гости. Нет, я лучше посмотрю, в какой гостинице, а потом сделаю звонок в органы, скажу, мол, шпион ЦРУ и потенциальный диверсант! Верну гранату, козлу такому!».
Если бы знал Турист, как нечаянно близки к истине оказались его смутные подозрения. Но он не знал, поэтому сидел на лавочке под сиренью и ждал мутного и враждебного Арни, который его так подставил. А на самом деле он и сам уже больше недели находился под наблюдением. Органы, имея на руках паспорт Ежихина, без особого труда установили его местопребывание, дело о нем передали аж в ФСБ, которая, собственно, за ним, Туристом и следила в данный момент. Проблема заключалась еще и в том, о чем, конечно же, Турист знать не мог: Арни и так уже больше года находился под колпаком ФСБ, кроме того, за ним следили люди из отдела контрразведки, ничего не зная о людях из отдела Антитеррора, которые вели Туриста.
И вот эти все следящие за своими подопечными сотрудники органов вместе с Туристом глядели из своих укромных местечек на дверь кафе «Блинчики».
Интеллигентный Арни вышел из кафе, завернул за угол, подошел к старенькой неприметной «Шкоде» и неспеша огляделся. Затем вытащил из салона легкий длинный плащ защитного цвета, в каких обычно пенсионеры ходят на рыбалку, на голову аккуратно, посмотревшись в боковое зеркало, надел панаму защитного цвета, достал удочки без чехлов и старый, чем-то набитый рюкзак. Это добро он ловко и быстро примотал к багажной решетке на крыше. Теперь автомобиль выглядел как типичный экипаж заядлого рыбака, коих во всех районах Провинции водилось превеликое множество.
Турист заскочил в ближайшее такси, которых было не много в райцентре, но, на удачу Ежихина, пара таксомоторов стояли как раз рядом с кафе. Сказал водителю ласкающее слух: «Двойной счетчик! Вон за той «шкодой» с удочками! Только подальше от него, чтобы не заметил!». Лицо водителя не выражало ни радости, ни удивления, как будто езда по двойному счетчику с преследованием была для него обычным делом. Турист помолчал, потом добавил, специально зевая: «Это товарищ моего знакомого, взял кредит, а меня поручителем записал. Теперь не отдает, а меня прессуют… Хочу вот познакомиться, посмотреть, чем живет хитрый жук, да поговорить по душам, глядя в глаза». Таксист так же равнодушно пожал плечами и прибавил газу.
Они выехали за райцентр, проехали несколько деревень и теперь двигались среди редких фур, судя по указателям, в сторону границы.
– Скоро погранзона, у меня пропуска на проезд нету, – все таким же скучным голосом проинформировал таксист Ежихина.
Тот промолчал в ответ, судорожно пытаясь найти решение. Вариант поделиться своими подозрениями с пограничниками он отмел, поскольку сам не имел никаких документов на случай разбирательства. Обогнать «шкоду» и поговорить с бандеровцем, как называл про себя своего недавнего попутчика по поезду «Москва – Петербург», тоже отмел как сомнительный и не гарантирующий успеха шаг.
