Найдя главную улицу лагеря, капитан двинулся к высокому шатру в середине. Сновавшие вокруг солдаты не обращали на него внимания. Это Войско Однорукого — но ему не встретилось ни одного знакомого лица. Неудивительно: он был командиром Сжигателей Мостов, а они пропали. Большинство нынешних солдат — новобранцы или переведенные из гарнизонов Крепи, Натилога, Генабариса. Все пришли после Паннионской войны. И все же он рассчитывал обнаружить хоть кого-то из первоначального состава армии, прошедшей весь путь до Коралла и пережившей кровопролитие.
У шатра Даджека стояли четверо стражей. Неподалеку был кто-то еще. Он держал под уздцы покрытого грязью коня.
Паран подошел поближе и всмотрелся внимательнее. Знакомый — но капитан не узнавал его. Вестовой… но вроде бы из армии Каладана Бруда… "хотя могу и ошибаться. Как там его имя?"
Светло — коричневые глаза словно вцепились в Парана. Он угадал на полузакрытом лице проблеск узнавания — и смущения. Вестовой выпрямил спину и отдал честь.
Паран замотал головой. Поздно. Часовые уже обратили внимание. Паран ответил на приветствие небрежным жестом и поспешил встать рядом. — Солдат, — прошептал он, — вы знаете меня? Говорите потише, прошу.
Кивок. — Капитан Ганоэс Паран. Я не забываю лиц и имен, сэр. Но мы слышали, что…
— Да, и пусть так и останется. Ваше имя?
— Харлочель.
— Да, теперь вспомнил. Вы иногда были и хронистом, не так ли?
Пожатие плеч. — Я записывал события, сэр. Что вы здесь делаете?
— Нужно переговорить с Даджеком.
Харлочель оглянулся на стражу и скривил губы: — Идите за мной, сэр. На них не обращайте внимания. Они новички и не успели запомнить всех офицеров.
Харлочель ответ своего коня в боковой проход. Паран шел за ним.
— Почему шатер командующего охраняют новобранцы? Ничего не понимаю. А почему вы стоите за пределами Г'данисбана?
— Да, капитан, у нас были трудные времена. Чума, понимаете ли — целители сохраняли армию, но то, что творилось с мирными семиградцами… боги! Капитан, трупы громоздятся десятками тысяч. Может, уже сотнями тысяч. В каждом городе. Каждой деревне. На караванных стоянках… повсюду. Кстати, с нами были Золотые Моранты, своего рода ренегаты. А в Г'данисбане есть храм. Великий Храм Полиэли. Именно из него неслось злое поветрие, и чем дальше, тем сильнее. — Харлочель стер воду со лба.
— И Даджек решил ударить в самое сердце?
— Так точно, сэр.
— Продолжайте.
— Мы подошли сюда месяц назад. Верховный Кулак сформировал роты из ветеранов, взял и Золотых Морантов. Они решили вторгнуться в проклятое капище. Да, они ждали встречи с Верховными Жрицами, и были к ней готовы. Но вот чего не ждали — так это присутствия самой богини.
Глаза Парана широко раскрылись. — И кому удалось выйти?
— Почти всем, сэр, кроме Золотых. Но… они все больны, сэр. Чума забрала их. Они живы только благодаря усилиям целителей — и целители проигрывают сражение. Вот такие у нас дела. Мы застряли здесь, и нет никого достаточно дерзкого, чтобы принять командование и отдать приказы. — Харлочель замялся. — Или вы здесь именно за этим, капитан? Надеюсь от всей души!
Паран отвел взор: — Официально я мертв, вестовой. Даджек исключил из списков меня и еще…
— Других Сжигателей.
— Да.
— Ну, сэр… если кто и заслужил отдых на теплом солнышке…
Паран состроил гримасу. — Да, я уверен, что солнца там достаточно. И все же я не решусь принять командование — я простой капитан…
— Вы старший по званию, сэр. Даджек взял с собой в храм всех офицеров. У нас почти десять тысяч солдат и единственная, кто могла бы принять командование — капитан Чистая Криница. Представляете, она фаларийская княгиня.
— Огненно — рыжая?
— Да, сэр. Дикие кудри и красивое личико…
— И вспухшая щека. Мы встречались.
— Вспухшая щека?
— Это была неприятная встреча.
Паран колебался. Потом кивнул, вымолвив крепкое словцо. — Ладно. Я сохраню ранг капитана… пока он здесь старший. Но возьму новое имя…
— Капитан Добряк, сэр.
— Добряк?
— Сэр, старые солдаты говорят о нем такое… монстр, которым впору пугать детей. Здесь его никто не знает. По крайней мере из тех, кто не подхватил лихорадку и сохранил ясный разум.
— Ясно. И где должен быть настоящий Добряк?
— В Четырнадцатой, сэр. Армия Адъюнкта, к западу от Рараку. Откуда вы прибыли?
— С запада.
— Думаю, это кстати. Сэр, я сделаю вид, что узнаю вас. Обо мне никто ничего не знает, кроме того, что я передавал послания Верховному Кулаку.
— Если я ехал принимать командование, почему дал двум солдатам себя арестовать?
— Да ну? Гм… может, вы решили проверить нашу бдительность?
— Сойдет. Еще вопрос, Харлочель. Почему вы не с Брудом, на Генабакисе?
— Союз распался, сэр, после того как Тисте Анди поселились в Черном Коралле. Ривийцы ушли на свои равнины, Баргасты — в свои холмы. Багряная Гвардия просто пропала — никто не знает, куда они ушли. Когда Войско Однорукого грузилось на корабли — ну, мне показалось, с ними будет куда интереснее.
— Вы пожалели?
— Жалею каждый миг, сэр. — Вестовой нахмурился. — Вы сказали, капитан Чистая Криница повредила щеку?
