Представшее перед ними существо определённо было данданом. Нечто мифическое, похожее на змея, с дрожью восстающего из морских глубин. Вероятно, Арз на долгие годы убаюкал существо.
Ширина дандана вдвое превышала рост Насира. Большая его часть скрывалась под волнами, неумолимо раскачивающими корабль. Толстые чешуйки накладывались друг на друга, переливаясь в лучах солнца глубоким сине-зелёным сиянием.
Альтаир присвистнул.
– Жаль, что такая красота носит настолько нелепое имя!
Голова существа закружилась; заметались из стороны в сторону два бездонных чёрных глаза. Изо рта вырвалось странное шипение; жабры сокращались по бокам от суженного лица.
– Кажется, он слеп, – пробормотал Насир.
Услышав его голос, существо почти невинным жестом склонило голову набок.
Альтаир попятился, медленно, размеренно, после чего натянул лук и прицелился то ли в глаза, то ли в жабры. Насир бросил взгляд на экипаж, который самозабвенно продолжал выполнять свою работу. Фигуры мерцали, вспыхивали светом, плотные и одновременно эфирные. Дандан не замечал их. Как и они не замечали дандана.
С глубоким вздохом Насир прицелился.
– Нам следует…
Но не успел он договорить, как существо издало настолько пронзительный визг, что пески на дне моря пустились в пляс. Стоило крику закончиться оглушительной тишиной и порывом солёного ветра, как он начался снова.
Дандан встал на дыбы и бросился к ним, распахнув челюсти. Внутри зияющую чёрную дыру обрамляли острые как бритва зубы; яростно бился зелёный язык.
Насир и Альтаир выпустили стрелы.
Обе стрелы отскочили от чешуи.
Насир выругался, пригнулся к борту корабля.
Голова дандана пробила грот, сорвав мачту, и та рухнула на палубу. Альтаир издал вопль. Вода скользила по дереву, пропитывала одежду Насира. Корабль с ужасающим скрипом накренился.
Шипя и крича, громадный дандан тряс головой. Пройдя сквозь призрачную команду, он направился к Насиру.
Намного быстрее.
Насира швырнуло в стену корабля. Лук выпал из его рук, заскользил по палубе. Принц дышал с трудом, зажатый между существом и поручнями, пока крепкая, как кости, чешуя впивалась ему в живот.
Рядом с его лицом раздвинулась жабра, и горячее дыхание дандана едва не удушило Насира своими парами. Он резко дёрнулся, когда открылась вторая щель, и в глаза ему заглянула бездонная чёрная дыра.
Существо вновь завопило. При этом звуке Насир удивлённо вскрикнул, зажал уши руками, стиснул зубы. Перед глазами промелькнули красные и чёрные полосы. Внезапная тишина, последовавшая за криком дандана, показалась принцу такой же оглушительной.
Монстр поднял голову, непрестанно покачиваясь, а затем обернулся.
Он покачнулся, быстро обретя равновесие. Но как только существо обнажило зубы, вся уверенность в правдивости сказок о дандане испарилась.
И тут раздался крик:
– Эй! Дандан! О чём думала мать, даруя тебе настолько глупое имя?
Дандан замер. Закрыл жабры, сузил чёрные глаза.
– Дандан, эй! Дандаааан! – пел Альтаир. – Погляди на себя! Какой ты зелёный, какой же ты синий! И имени не придумать паршивей! Стыдоба, срамота! Мне жаль твою мать и грустно за брата! Ой, дандааан!
Существо качало головой, волнообразно извивая тело, пока Альтаир продолжал свои чудны́е напевы.
Насир уже открыл рот, чтобы спасти Альтаира от смерти, но глаза дандана вдруг закатились к затылку. Он содрогнулся, и зелёная чешуя начала осыпаться, как черепица с крыши богача. Издав хриплый крик, дандан рухнул, с тяжёлым всплеском соскользнув обратно в море. От силы удара корабль резко покачнулся.
Стоя на другой стороне среди обломков, Альтаир ухмыльнулся.
– Вот так, султаныш, побеждают дандана.
Насир бросил на воду озадаченный взгляд, ожидая, что существо вот-вот вернётся с одним из своих сородичей.
– Он мёртв? – спросил Насир недоверчиво.
Альтаир присоединился к спутнику.
– Вряд ли. Я же совсем запамятовал. У нас его зовут
Насир задумался, кого генерал имел в виду, говоря «у нас». Однако спросить не осмелился.
– Да, разница между «денданом» и «данданом» столь велика, что воспоминания нагрянули с большим запозданием, – подшутил Насир вместо вопросов.
Альтаир проигнорировал его.
– В былые времена глубокой ночью они проглатывали корабли, когда никто их не видел и не знал, что они рядом. До тех пор, пока не догадались нанимать девушек, которые пели всё плавание. Бедняжки. Однако прошло так много времени с тех пор, как кто-либо плыл по Баранси, что существо, вероятно, отбросило представления о дне и ночи и напало, как только почувствовало нас.
Яркое солнце высушило одежду Насира, и теперь по спине струился пот. Корабль качало из стороны в сторону.
Разбитый корабль.
