На суде Шокросс всегда держался сдержанно, почти не двигался, застывал, словно в трансе, и не реагировал на присяжных. Точно не понимал, что происходит вокруг. Но полицейские и конвой сообщали, что стоило ему оказаться вне поля зрения присяжных, и он сразу расслаблялся, делался говорлив, сыпал шутками. Шокросс понимал, как много было поставлено на карту, и симулировал невменяемость. Одним из умнейших, способнейших и, я бы сказал, обаятельнейших преступников из всех, с кем мне когла-либо приходилось встречаться, был Гарри Трэпнелл. Большую часть жизни он то сидел, то выходил из тюрьмы. И в один прекрасный момент убедил молодую женщину пригнать вертолёт, посадить его в самой середине тюремного двора и освободить его. В начале 70-х годов Трэпнелл совершил свое самое знаменитое преступление. Он захватил самолет и когда уже на земле вел переговоры с властями, в самый их разгар потряс кулаком, так чтобы его жест попал в объективы репортеров, и выкрикнул:
– Свободу Анджеле Дэвис!
«Свободу Анджеле Дэвис»? Что значит «Свободу Анджеле Дэвис»? Все в правоохранительных органах, кто работал над делом Трэпнелла, были просто поражены. Ничто в его характере не указывало на то, что он сочувствовал молодой чернокожей - преподавателю философии из Калифорнии. Никогда не занимался политикой. И внезапно, среди прочих требований, выдвигает такое: «Освободить Анджелу Дэвис из тюрьмы!» Парень, наверное, свихнулся. Другого логического объяснения его поступку не находилось. В конце концов Трэпнелл сдался и был осужден. И через много лет, во время беседы в марионском исправительном заведении, штат Иллинойс, я задал ему этот вопрос.
Он ответил что-то вроде этого:
– Когда я понял, что мне не выкрутиться и настают тяжелые времена, я решил, если большие черные братья будут знать, что я политический заключенный, моясь в тюремном душе, я буду спокоен, что мою задницу не трахнут.
Трэпнелл действовал вполне рассудочно, даже планировал вперед и ни в коей мере не напоминал сумасшедшего. Впоследствии он написал воспоминания под названием «Свихнувшийся лис», которые для нас превратились в настоящий кчадезь информации и руководство при ведении переговоров. Так, если неожиданно возникало из ряда вон выходящее требование, значит, удерживающий заложников уже изменил намерения, и власти должны были быстро реагировать соответствующим образом.
Трэпнелл сказал мне еще кое-что интересное. Он заявил, что если я принесу ему последний выпуск диагностического и статистического пособия по нервным заболеваниям, на следующий день он сумеет убедить любого психиатра, что страдает любой на выбор болезнью. Трэпнелл был намного хитрее Шокросса. Но, как и он, понимал;, не требовалось особого воображения, чтобы вбить психиатру в голову, что ты идешь на поправку и больше не пристаешь к мальчикам. И тогда на комиссии по условно-досрочному освобождению у тебя появится больше шансов. Но байки подействуют сильнее, если присяжные видят, как ты впадаешь в состояние, близкое к трансу.
Долгое время правоохранительное сообщество полагалось на диагностическое и статистическое пособие по нервным заболеваниям. Но оно мало отвечало нашим нуждам. И это послужило одной из причин выпуска в 1992 году «Пособия по классификации преступлений» (ПКП). В основу структуры книги легла моя докторская диссертация. В качестве соавторов выступили Ресслер, Энн Бургесс и ее муж Алан, профессор управления в Бостоне. Немалую лепту в ее создание внесли сотрудники Исследовательского подразделения поддержки и Научного бихевиористического подразделения: Грег Купер, Рой Хэйзелвуд, Кен Лэннинг, Грег Мак-Крейри, Джад Рэй, Пит Смерик и Джим Райт.
