Месть, конечно, приятная штука, но лично меня она интересовала в последнюю очередь. Спасти пленников было гораздо важнее… Особенно тех, в поимке которых мы с Итишем принимали активное участие – в противном случае совесть угрожала сгрызть меня живьём.
Неприятные перспективы.
– Сначала необходимо выяснить, куда, кому и зачем отправляли рабов, – назидательно заметил Инквизитор. – А уже после действовать по обстоятельствам.
Звучало слишком обтекаемо… А потому категорически неприемлемо.
– И как это понимать? – похолодев, осведомилась с вызовом. – Ты что, собираешься сохранить им жизнь?
Разумеется, о правосудии я даже не заикалась – Патриор и раньше редко считался с общегалактическими законами вселенной, вовсю пользуясь своей непререкаемой властью, а тут был задет лично отец… С такой мощью не поспоришь.
– Да, собираюсь, – с достоинством кивнул Инквизитор. – Не всем, конечно. Например, поддерживать незаконную разработку слабо перспективных астероидов я, безусловно, не буду… Но если в деле окажутся замешаны какие-нибудь мелкие колонии, переоценившие свои возможности – Империя с радостью предложит им покровительство.
Что и требовалось доказать. Похоже, отец действительно не планировал уничтожать пиратство… По крайней мере, не сразу. Сначала он рассчитывал выйти на одичавшие поселения и расширить границы своих и без того обширных владений, а уже после разбираться с преступлениями…
Как же мерзко.
– Зачем тебе это?.. – вздохнув, обречённо спросила я.
Потому что повлиять на принятое решение, к сожалению, не могла… Но и промолчать тоже не имела права.
Мало ли. Вдруг найдётся лазейка?
– Хочу ограничить существующий невольничий рынок Империей, – невозмутимо откликнулся Инквизитор. – Структурировать его и показать всем колониям, как ныне существующим, так и находящимся в стадии созревания, что у них есть выход – и он безопасен. Что любую, даже самую безнадёжную ситуацию можно повернуть во благо, если найти правильного партнёра. Что поддержка Патриора – это совсем не плохой вариант, а наоборот – отличный способ встать на ноги для дальнейшего развития.
Тут я на мгновение замялась, не в силах поверить услышанному.
Судя по всему, отец предлагал взять под контроль все потенциально криминальные поселения, лишив их возможности превратиться в новый рассадник зла… Какая гениальная идея!
– Заодно и от лишних рабов избавимся – а то у нас их уже перебор, – неожиданно улыбнулся Инквизитор, окончательно сбив меня с толку.
Моя тщательно выстроенная теория рушилась на глазах.
– А те люди, которых захватили пираты? – нахмурилась.
Неужели отпустит?..
– Подлечим и отправим по домам, – последовал лаконичный ответ.
И у меня с души свалился огромный камень.
Преступники будут наказаны, спрос на дешёвую рабочую силу уменьшится, а пленники обретут долгожданную свободу… То, что надо! Да, конечно, само понятие рабства никуда не денется – однако я и не рассчитывала так легко от него избавиться… И потому меня полностью устраивал предложенный отцом план. Ведь принципы формирования жизни в Империи были более чем справедливы… В отличие от того ада, что устроил Гедеон.
В конце концов, абсолютного равенства не бывает. Все люди разные – по внешности, характеру, врождённым талантам и многим другим параметрам… При подобном раскладе чёткое разделение на сословия с правом свободного перехода из одного класса в другой выглядело гораздо благороднее шаткой зависимости от финансов, престижа, образования, а также физических или внешних данных.
Как говорится – от каждого по способностям, каждому по заслугам.
Стыковка со станцией прошла без сучка и задоринки – словно мы по-прежнему находились в космосе, а не плавали в бескрайней морской толще на планете с говорящим названием «Океания».
– Сейчас насос откачает воду – и можно выходить, – потирая руки от нетерпения, сообщил Итиш.
Судя по всему, он не испытывал ни малейшего волнения перед встречей с родителями, которых не видел без малого пять лет… Что, однако, не помешало ему сменить охотничью экипировку на элегантный костюм, уговорив меня поступить так же.
– Оружие оставлять? – потянулась к потёртой кобуре, которую умудрилась нацепить аж поверх светлого летнего платья.
Уж очень неуютно мне было без лазера! Я даже в кругу семьи старалась его не снимать… Но ради любимого могла сделать исключение.
Итиш никогда не посмел бы притащить меня в стан врага, если бы знал, что это представляет хоть какую-нибудь опасность.
– Как хочешь, – пожал плечами друг. – У нас нет ограничения на ношение оружия.
И я решила ничего не менять.
В конце концов, если сам Итиш не собирался отказываться от лазера, то мне и подавно так делать не следовало.
Пусть его родители видят, что мы друг друга стоим.
Тем временем индикатор на панели управления сменил цвет с красного на зелёный – и любимый тотчас поднялся на ноги, галантно предложив мне руку.
Пояснений не требовалось.
