Несмотря на всё доверие, мне было безумно страшно за друга… Скажу больше – у меня колени подгибались при одной мысли, что я могу лишиться любимого уже через какие-то полчаса! И неважно, по случайности это произойдёт или по чьему-то злому умыслу. Я банально не хотела без него жить… И потому едва не опоздала.
Завидев меня, нога за ногу ковыляющую к зрительскому помосту, мама понимающе улыбнулась – и освободила место, на котором до этого выразительно лежала её рука.
– Отказался, да? – дождавшись, пока я усядусь, шёпотом поинтересовалась она.
Не знаю, что в тот момент удержало меня от праведного возмущения. Наверное, привычка притворяться в обществе безмолвной куклой, неотличимой от других патриорок…
– А ты тоже была в курсе вселенского мужского заговора? – парировала сквозь зубы.
– Заговора?.. – растерянно переспросила мама. – Понятия не имела. Иначе и предлагать бы ничего не стала.
Резонно. Зачем рисковать лишний раз?
– Откуда тогда знаешь, чем закончилась наша встреча? – покосилась на соседа с другой стороны.
Незнакомое лицо. А значит, потенциально опасное…
– Твоё появление говорит само за себя, – глядя строго перед собой, откликнулась мама.
Звучало логично… Но натянуто.
– Не заметила, чтобы ты удивилась моему приходу, – напомнила, слегка склонившись к собеседнице.
Чем дальше от чужих ушей – тем лучше.
– А чему было удивляться? – зеркалом отразив мой жест, горько усмехнулась мама. – Если бы у Лауля в своё время был выбор – он бы тоже отказался бежать со мной… К счастью, многочисленные раны не позволили ему совершить подобную глупость.
Такое откровение меня слегка шокировало.
Нет, я не питала иллюзий насчёт кровавого прошлого Инквизитора и вполне допускала, что он мог очутиться на месте жертвы… Но мама слишком громко об этом говорила – словно не опасалась ни слухов, ни последствий!
– И как же ты его вытащила? – осведомилась, отложив гадания.
Потом разберусь. Не к спеху.
– Благодаря Стиву и Раулю, – свернув разговор, коротко обронила мама.
А я невольно похолодела.
Пора.
Выпрямилась, чинно сложила руки на коленях, глубоко вдохнула – и с большим трудом заставила себя посмотреть в центр площади… Чтобы с изумлением обнаружить там лягушкой распятого на тросах Итиша! Бледного и обнажённого по пояс – то есть полностью готового к экзекуции.
Похоже, за общением с матерью я пропустила все приготовления… Что, впрочем, было только к лучшему.
Меньше зрелищ – меньше волнений.
Тем временем Инквизитор обвёл всех суровым взглядом – и с оглушительным щелчком расправил плеть, из-за чего любимый испуганно вздрогнул.
Каюсь, такая реакция показалась мне очень подозрительной.
Неужели Итиш забыл, зачем пришёл? Или, быть может, он по каким-то причинам опасался не выдержать наказания?.. Либо… Либо всё это время очень ловко меня обманывал.
От последней мысли мне стало совсем нехорошо – однако отступать было уже поздно.
Замахнувшись, отец уверенным движением вогнал все пятнадцать крюков в спину моего верного друга – и воздух разрезал истошный крик, вынудивший меня рефлекторно впиться ногтями себе в ладони.
Боли сильнее этой я не испытывала ещё никогда в жизни…
Естественно, на первом ударе Инквизитор не остановился. За ним последовал второй, потом третий, четвёртый, пятый… И каждый сопровождался истошным воем, плавно переходящим в стон, от которого у меня леденели пальцы.
Осуждала ли я друга за малодушность? Нет. Конечно, нет. Он был мне слишком дорог… К тому же молчание никак не могло улучшить ситуацию – я прекрасно понимала, сколько сил требуется на терпение и притворство. Сил, необходимых для победы… Благо, Итиш всегда отличался здравомыслием и не планировал производить впечатление ни на публику, ни на палача, ни на кого-то другого. Для него это было лишь обычной игрой. Вынужденной мерой, которая открывала нам путь к счастью и свободе. Ужасом, который просто нужно пережить… Любой ценой.
А между тем избиение продолжалось. На седьмом ударе камни мостовой окончательно сменили цвет на ярко-алый – и меня вдруг замутило. Голова закружилась, я пошатнулась – и почувствовала, как мама ободряюще сжимает мои ладони в своей руке. Это ненадолго вернуло меня в реальность, но перед глазами по-прежнему всё плыло, а в ушах противно звенело от бесконечных криков любимого. Вдобавок некстати разыгравшееся воображение тоже решило внести свою лепту – и в подробностях нарисовало вид Итиша со спины… Рассечённые мышцы, ошмётки кожи и оголённые кости позвоночника выглядели красочнее настоящих.
Пожалуй, я держалась в сознании только чудом. Сердце стучало в бешеном темпе, воздуха не хватало, а одежду уже можно было выжимать – так обильно я потела. Меня трясло и колотило, словно в мезозойской лихорадке, а жажда буквально иссушала душу, не оставляя ни малейшего шанса на излечение… И, как закономерный исход, вместе с наступившей тишиной разум внезапно окутала блаженная тьма, не позволив мне даже проверить, сдержал ли любимый своё клятвенное обещание.
Выжил… Или всё-таки нет?
