— А еще у тебя светлая кожа и волосы, серые глаза. Ты больше похожа на наших гостей, чем на коренных жителей Приграничья. Внешне тебе не дашь больше десяти лет, но по умственному развитию, восприятию мира ты старше лет на пять, а то и больше.
— Не понимаю, к чему вы клоните?
— Я буду не Маора сур, если в твоих жилах не течет эльфирская кровь. А это значит, что тебе по силам спасти Рингара. Да и всех обитателей Тангсура, пожалуй. Не важно, какая причина привела любопытного мальчишку в Иринтал. В конечном счете гнев разъяренного отца, наместника Нэньясира, падет на всех, кто допустил смерть молодого эльфира.
— Нет! Не хочу, чтобы ты или Тэбан пострадали, и никто из тех, кого я знаю. Я сделаю все, что потребуется, — с жаром заверила Маору.
— И пожертвуешь собственным будущим ради незнакомого эльфира, которому неизвестно чувство благодарности? — горько усмехнувшись, уточнила женщина.
— Если потребуется. Но не из-за чужого человека, а ради тех, кто стал моей семьей, — ответила, понуро опустив голову.
— У меня хранится свиток с описанием древнего ритуала. Его нашел в Иринтале охотник и передал мне в уплату долга жизни. Для ритуала потребуется сварить зелье, в состав которого входят редкие травы. Но, думаю, семья Кентаро расщедрится на такие траты. Часть ингредиентов у меня припасена на особый случай, насчет остального переговорим с охраной парня. Гораздо важнее, что само зелье надлежит варить «айрэ венья индис» — священной невесте. В прошлом эльфы трепетно относились к женщинам, и для них любая чистокровная представительница расы считалась священной. Полагаю, в тексте подразумевалась невинная эльфийка, готовая разделить собственную жизнь с умирающим. Поскольку истинные первородные жили до тысячи лет и более, и к созданию пар подходили ответственно, то девушки нередко соглашались разделить с избранником отмеренные Илларом годы.
— Но я не чистокровная эльфийка, и понятия не имею, сколько лет мне определил Рааду. — Своим покровителем я считала бога охотников и искателей приключений, а не хранителя эльфов. Иллар слишком слабый, раз допустил гибель первородной расы.
— Выбирать не приходится. Ты молода и в тебе есть хотя бы капля эльфирской крови. При всем желании, я для этой цели не подхожу. Однако ты не знаешь главное: ритуал создаст любовную привязку. В свитке указано, что вас будет тянуть друг к другу, чувства усилятся и с годами будут только крепнуть. Полагаю, это страховка на тот случай, чтобы через пару десятков лет пара не разбежалась, обесценивая жертву, которую эльфийка принесла ради возлюбленного.
— Но между нами нет чувств! Я его первый раз вижу. Да и потом, чужаки завтра уедут, и мы никогда больше не увидимся, — робко возразила я. — В любом случае, другого выхода нет. Я согласна.
— Сначала предупредим Тэбана. Ему точно не понравится…
Нас прервали. За дверью раздался шум, и в лазарет ввалились сцепившиеся мужчины. Мой приемный отец и эльфирский воин.
— В чем дело, таны? — Маора тут же встала на защиту территории. Не хватало еще ценные запасы трав попортить.
— Представляешь, неожиданно выяснилась причина, по которой отряд эльфиров отправился в Иринтал перед сезоном дождей, — со злостью выплюнул Тэбан.
— И что же это за причина? — Женщина уставила руки в бока и грозно посмотрела на гостя.
— Среди охотников прошел слух, что в приграничных землях Гиблого леса обнаружили девочку со светлыми волосами. Нам нужна она! — Ткнул в меня пальцем воин. — И мы ее заберем, чего бы это ни стоило.
— Вот как? — голос Маоры стал угрожающе тихим. Я бы на месте эльфира поостереглась дергать эргала за хвост. — Охотники своих не выдают. Вам придется убить всех, чтобы ее забрать.
— Мы готовы принести эту жертву, — высокомерно заявил мужчина. — Но я не вижу смысла проливать кровь. Девочке ничего не угрожает. Незачем доводить до конфликта. Я готов заплатить за услугу и компенсировать затраты.
— Пожалуйста, не отдавайте меня! — пискнула, чувствуя, как интуиция взвыла от надвигающейся опасности.
— Услугу? — Тэбан грозно сдвинул брови. — Лаисса — моя дочь!
— Наследник рода Кентаро едва ли доживет до рассвета, — вмешалась Маора. — Я сделала все возможное и невозможное, но яд глирха слишком глубоко проник в тело Рингара. Единственная, кто может его спасти, Лаисса. Если у нее получится, наследник будет должен ей жизнь. Один долг жизни перекроет другой. Но, сразу предупреждаю, парень тут же умрет, если с девочкой что-то случится.
— Хвеста куилэ? — уточнил воин на эльфирском.
— Айрэ венья индис, — ответила травница, чуть усмехнувшись, когда надменная маска презрения слетела с лица незваного гостя.
— Нет! И даже думать об этом не смей. Чтобы жизнь наследника рода зависела от какой-то… — брызжа слюной, взорвался он возмущением.
— Есть другой вариант? — На лице суры не дрогнул ни один мускул.
— Тамбарэ ундумэ! — процедил эльфир сквозь зубы. — Мирима веста.
— Говорите на мирильском, чтобы я тоже вас понимал, — подал голос Тэбан сур, и я была с ним полностью согласна.
