Елагин стал масоном, но увидел в масонстве лишь пафосные ритуалы и пышные речи, разочаровался, и долгое время не возвращался к масонской теме. Но потом обнаружил, что в масонах числятся весьма уважаемые им люди. Это вдохновило его на вторую попытку, на сей раз с изучением сути, стоящей за ритуалами и речами, а не их внешней формы.
Он вышел на контакт с живущими в России иностранцами, рассказавшими ему, что истинное масонство надо искать в Лондоне. Елагин отправился в Англию, и в 1770 году получил право открыть Провинциальную Великую Ложу в России. Два года спустя под его началом действовали 14 лож, объединивших несколько сотен человек.
Но уже в 1771 у него появлялся конкурент — Иоганн Готтлиб Леонард фон Рейхель, гофмейстер (управляющий делами королевского двора) принца Брауншвейгского, принесший в Россию Устав Циннендорфа. Этот устав (и это еще будет важно) основан на Шведском Уставе и близок к нему.
Устав предлагал собственную внутреннюю легенду о тайном знании, которое хранили ессеи (это одной из течений иудаизма), затем Иисус сохранил это знание как устную традицию, не записанную в Евангелиях. Далее знания добрались до рыцарей-тамплиеров, а от них перешли прямо к масонам Шведского Устава, а потом и к масонам Устава Циннендорфа. И лишь высшие градусы посвящения этого устава могут раскрыть суть древних тайных знаний!
Открыв ложу, в которой вначале состояло всего 14 человек (из которых 13 были иностранцами), Рейхель направил письмо Елагину, призывая объединиться, в духе масонских идеалов братства и помочь друг другу. Объединение не состоялось. Елагинские ложи поддерживали активные связи с Англией и Европой, но только в рамках своего устава, и сторонись любых других. От последователей Рейхеля, если они решали иметь дела с Елагиным, требовалось публично отречься от своего устава и отказаться признавать Рейхеля своим авторитетом.
А вот в устав Циннендорфа последователи Елагина переходили свободно, так что ложи Рейхеля стали популярны и многочисленны, и Елагину пришлось пойти на заключение союза. Год 1776 принес объединение лож Рейхеля и Елагина и создание Великой Ложи Санкт-Петербурга. Сам Елагин занялся изучением премудростей оккультных наук под личным руководством Рейхеля и написанием глобального многотомного труда, посвященного масонству и каббале.
Другой видный деятель масонства в России — Николай Иванович Новиков, писатель, издатель и владелец сети книжных магазинов, типографии которого печатали каждую третью книгу, изданную в России.
Новиков присоединился к масонам в 1775 году, причем не столько он рвался в масоны, сколько масоны хотели видеть Новикова в своих рядах. Хотели настолько, что вопреки всем традициям и правилам заранее раскрыли ему содержание первых трех степеней посвящения (обычно масон не знал заранее, в чем же суть того градуса, в который его посвящают).
Но о ложах Елагина Новиков отзывался без уважения, как об обществе людей, которые играют масонством, как игрушкой, много говорят и мало знают, уделяя много внимания застольям и дружеским пирушкам, и мало работе над собой. Новиков покинул Елагина и присоединился к Рейхелю, в ложах которого обнаружил, по его словам, нравственность и самопознание.
Новикову, среди прочего, принадлежала Тайная Масонская Типография. В ней печатались масонские книги, предназначенные не для продажи, а только для распространения среди масонов. Сооснователь же Типографии и ближайший соратник Новикова — уже знакомый по истории розенкрейцеров Иван Шварц. Шварц важен для русского масонства, именно он представлял Россию на большом международном собрании, поучившем название Вильгельмсбадский конвент.
К тому времени Устав Циннендорфа стал причиной серьезных политических сложностей. Устав входил в семью шведских масонских уставов и находился под управлением Швеции. Швеция отдавала приказы, в Швецию переводились членские взносы, главой шведских масонов был шведский король. А со Швецией у России отношения были далеко не самые теплые, две эти страны регулярно воевали между собой. Прошлая война закончилась в 1743 году, следующая начнется в 1788. И между двумя этими войнами в России появились масоны, связанные со Швецией.
Россией правила Екатерина II, уроженка Пруссии, успевшая свергнуть своего мужа, Петра III, немца, но русского императора, и она не намеревалась допускать до власти своего сына Павла I. Но именно Павла поддерживали шведы, в том числе и руководители шведского масонства. Воспитатель Павла, Никита Иванович Панин, был связан со шведским масонством и симпатизировал шведской короне, как и другие люди в окружении Павла. Ходили слухи, что сам Павел посвящен в масоны, и до наших дней сохранился его портрет, на котором Павел изображен с масонскими регалиями.