Рассчитавшись с таксистом, Захаров достал сигареты, и неторопливо раскурил сырой табак, внимательно изучая при этом подходы к «Трактиру». С тех пор как он с убитым Смирновым посетил это заведение, тут мало, что изменилось. Небольшой переулок раздвигал по обе стороны серые здания хрущевок, где в подвале одной из них и находилось увеселительное заведение Семы, который со слов Шато и послал делегацию на дачу Рафика.
Идти через центральный вход было не разумным по многим причинам, поэтому он обошел здание и, зайдя со стороны двора, постучался в дверь служебного входа, щурясь от света висевшей лампы.
Было слышно, что в заведении кипела обычная вечерняя жизнь. Сквозь гул монотонно работающего вентилятора, из-за дверей доносилось бряцание крышек кастрюль, столовых приборов, прерываемое иногда неразборчивой болтовней.
Подняв воротник своей куртки, Игорь постучал кулаком в металлическую дверь.
– Кого там принесло? – донеслось до него, из-за двери.
– Мне бы с директором перетрещать, – с деланным безразличием ответил Захаров.
– Его пока нету, зайди часика через два.
– А я не могу часика через два, да и холодно на улице.
– Скажи, что хотел, а я передам, – бубнил кто-то.
– Слушай! Кончай «пургу гнать», – со злостью прошипел Игорь. – Я его за столиком подожду.
– И закажешь что-нибудь?
– Обязательно, только руки сполосну.
Сухо щелкнул замок, и дверь неслышно открылась, а на пороге появился небольшого роста коренастый человек, в белой рабочей куртке, с колпаком на голове. Весь его вид говорил о том, что он принадлежит к поварской братии.
– Ты где это, братан, лазил? – спросил он, подозрительно оглядывая странного визитера. – От тебя ведь несет как от опарыша, а ты за столик собрался.
– Ничего, я умоюсь, – ответил Игорь. Ловко поставив ногу на порог, не давая закрыть этим не хитрым приемом двери.
– Мужик, я сейчас свистну, и тебя опять закопают в помойке. Ты мне веришь?
– Абсолютно, – ответил искренне Захаров. Мягко, но настойчиво протискиваясь в двери. – Да и потом, Сема мой брат, он будет рад меня видеть и в таком виде.
– Неужели? – спросил повар, подозрительно прищурившись.
– Тебя как зовут?
– Меня то? Вова.
– Вот и давай, Вова, пойдем. А то я чертовски проголодался, да и от девочки я не откажусь на десерт. Найдется у Семы, такое блюдо в меню?
– Да уж найдется, – осклабился повар. – А тебе какие больше нравятся?
– А мне, Вова, нравятся с медицинским образованием и те, которые замужем.
– Чтобы «на конец» не намотать что ли?
– На него родимый, – поддакнул майор, закуривая.
– Тут у нас овощной цех, – кивнул повар на одну из дверей.
– И что из этого?
– Там и душевая есть.
– Все понял, А полотенце с мылом?
– Может тебе еще и веничек принести? – съязвил Вова. – Есть там тряпки чистые и мыло, давай туда, да побыстрей. Тебе девку в цех притащить или…?
– Конечно сюда, – проговорил Захаров, осматривая помещение овощного цеха без единого окна. – Только желательно с медицинским образованием.
– С руками чего стряслось? А впрочем, это твои дела. Иди окунись пока, а я поищу сейчас сестру милосердия, – пробормотал Вова и удалился.
Когда в дверь мягко постучали, Захаров уже успел, насколько это было возможно, привести себя в порядок.
– Входите, – проговорил Игорь, приготовившись на всякий случай к худшему.
Двери открылись – и в комнату вошла сильно накрашенная миловидная, крашенная блондинка, лет тридцати пяти, в легком красном платье с откровенным декольте.
– Здравствуй, красавица, – поздоровался Игорь. Оценивающе оглядывая женщину лет тридцати. – Тебя как зовут?
– Мы, что на свидание пришли? Ну, допустим Надежда, – ответила та, скрестив руки на груди.
– Выходит ты и впрямь моя надежда. А с медициной тебе приходилось иметь дело?
– Я колледж медицинский закончила, – отозвалась женщина, пожав плечами. – А тебе вообще чего надо? Врача что ли? Обратись к Семе, у него есть знакомый венеролог.
– Ну, мне к нему еще рановато, а вот ты я думаю, сможешь помочь, – с этими словами он поманил ее пальцем. И показал перевязанную наспех, грязным платком кисть. – Поменяй повязку, а то неудобно в зал к людям идти. Плачу как за услугу.
К тому моменту, когда в зале появился Сема, Захаров уже успел отойти от процедуры, связанной со сменой присохшей к телу повязки. И теперь сидя за самым дальним столиком, который утопал во мраке, потягивал пиво, хрустя при этом картофельными чипсами с перцем.
– С кем имею? – спросил Сема, садясь за столик. Подозрительно всматриваясь в лицо незнакомца, которое наполовину закрывали солнцезащитные очки. – Мне сказали, что ты мой брат, хотя такового у меня вроде никогда не было. Но буду рад узнать, что это не так.
– Надо поговорить с глазу на глаз, – ответил Игорь. Кивая на стоящего поодаль здоровенного детину, в спортивном костюме. – Отправь его погулять.
– Погуляй пока, – крикнул Сема. Пытаясь перекричать шум танцующей толпы и ритмы, отбиваемые ансамблем, не поворачивая головы. – Я пока с братишкой покалякаю. Где же я мог тебя видеть?
– Ты, Сема, мне работу предлагал, – проговорил гость, снимая очки.
