«В ту ночь с подачи Хомски в номер привели молодых девиц, для которых «стоящий» клиент много что значит. Что же было потом? Что могло случиться за закрытыми дверями? В том номере, со слов жены Хомски, проживало трое человек, а девиц было двое. Что это значит? Была либо оргия, либо спор о чем-то, поэтому и возник шум, именно из-за шума могли вызвать Кирилина в ту ночь. Значит, случилось нечто, разрешить которое мог только какой-то начальник, поэтому и был приглашен начальник службы безопасности. Именно об этом и нужно расспросить Гэса при встрече в первую очередь. Да, в первую очередь!
Если вызвали главного охранника – значит, горничные и прочий персонал, вероятно, не был посвящен в это. Ну что же, логично, только бы получился разговор с Хомски, только бы получился. Жаль, что жена отказалась помочь, с ее помощью все это можно было бы сделать проще.
Плохо и то, что девицы, из-за которых произошел шум, исчезли в никуда, скорее всего ни одна ближайшая клиника или морг не принимали их ни в ту ночь, ни в последующую. Для сообщников Хомски это был отработанный материал. Молодухи словно растворились, вот уж воистину жизнь проституток, как полет мотылька в кромешной тьме на свет фонаря. Видимо по этой причине и «расцвет» у проституток непродолжителен, да и откуда ему быть продолжительным. Беспорядочный образ жизни, венерические болезни приводят только к увяданию организма, поэтому ресторанные или гостиничные путаны быстро скатываются на положение уличных или вокзальных, где на последней стадии своей деградации, они промышляют уже за стакан бормотухи. И это в том случае, если они не исчезнут вот так же бесследно в одном из гостиничных номеров…»
Зазвонивший резко телефон прервал ход его мыслей.
– Да, – буркнул он, узнав сопение Джона.
– Я освободился, – проговорил тот. – Если не передумали совершить экскурсию по кухне, то я как раз направляюсь туда.
– Хорошо, я сейчас присоединюсь, – отозвался Игорь.
Он позвонил в бар и предупредил Ноума, что уходит из номера, не дожидаясь детектива, непринужденно направился вниз, сунув руки в карманы брюк.
Кухонный блок занимал в подвальном помещении огромную площадь и соединялся с ресторанными залами, барами многочисленной системой дверей и лифтов.
Обойдя длинные ряды котлов и электропечей с бурлившими кастрюлями и жаровнями, Захаров подошел к застекленному отсеку – вотчиной самого главного повара.
Заметив его, Дайс кивнул и, отодвинув бумаги, вышел.
– Я узнал про хозяина красного «Форда», – проговорил он, пытаясь перекричать кухонную суету.
– И кем же оказался этот лихой ковбой? – спросил Игорь, вдыхая кухонные ароматы.
– Это один частный корреспондент, поселился в один день с вами.
– Вот как? – сокрушенно вздохнув, проговорил Захаров.
– Да, его номер как раз под вами и забронирован был одной пригородной редакцией заранее.
– И что же он собрался освещать?
– Собрание психоаналитиков, – разведя руками, отозвался Дайс. – Имеет право!
– Живет в номере один?
– Да, совершенно верно.
– Джон, мне нужен ключ от его номера минут на десять.
– Я узнавал, он не оставляет ключей, разве что воспользоваться запасным.
– Всего на десять минут, это не корреспондент, я уверен в этом.
– Хорошо, сделаем. Теперь, что касается знакомого Гэса, который якобы работает на пищеблоке.
– Так, так, очень интересно, – насторожился Игорь.
– У Хомски не было друзей из работающих на кухне. Увы, – развел руками Джон, видя разочарование на лице собеседника. – Увы, но это так, я говорил, что Хомски был человеком замкнутым.
– Он что же, вообще никогда не появлялся на кухне?
– По служебным обязанностям он с кухней дел не имел, приходил сюда лишь во время авралов.
– Только когда были авралы?
– Ну да.
– Стоп! А в каких случаях возникали авралы?
– Когда случались большие мероприятия.
– Как, например съезд психоаналитиков? Да?
– Совершенно верно, они уже две трети номеров забронировали.
– Это значит, опять будет ажиотаж на кухне?
– Верно, опять будет.
– А скажите, Джон, как влияет ажиотаж на работу всего пищеблока? Ну, на персонал то есть.
– Штат наших кухонных работников не справляется с работой, и мы вынуждены набирать дополнительно временных рабочих на кухню, официантов в залы. Постойте, Дэвид, – запнулся управляющий. – Вы хотите сказать, что знакомый Гэса мог и не являться работником пищеблока постоянно?
– Очень даже может быть, – подхватил Игорь задумчиво. – Если бы он работал постоянно, то об их отношениях знали бы наверняка.
– Но что это меняет?
– А меняет это то, что при таких мероприятиях, когда номера отеля трещат от проживающих, увеличиваются и доходы, как самого отеля, так и служащих, начиная от рядового посыльного или швейцара и кончая администрацией отеля. Верно?
– Это действительно так, – подтвердил Дайс. – И что из этого следует?
– А следует из этого то, что увеличивается спрос и на девочек по вызову, а вот из этого следует, что люди таскавшие девиц в номера при Гэсе, должны будут появиться вновь. Это же бизнес, Джон! Или активизировать свою работу, если они работают в отеле на постоянной основе.
