Иногда, лежа в своей кровати, Гермиона ловила обрывки его разговоров с матерью и, судя по количеству нецензурных слов, с Забини. Так ей удалось узнать некоторые подробности его жизни. Например, Драко перебрался в этот район, потому что устал от назойливых писем с приглашением на романтические свидания.
Иногда Малфой допоздна задерживался на работе, а бывало и вовсе не ночевал несколько дней. Но его окна всегда оставались открытыми, и Гермиона позволяла себе смотреть дольше, разглядывая каждый угол его квартиры.
У Гермионы не было к нему чувств. Никаких. Школьная влюбленность давно прошла. И не то чтобы Гермиона постоянно находилась дома и следила за ним, нет. Она все еще встречалась со своими друзьями и даже сходила на свидание с постоянным покупателем, который, как оказалось, даже не читал те книги, что она ему предлагала. Они вместе провели ночь, и это было впервые, когда Гермиона сама бросила парня.
Зато в библиотеке Драко она часто находила свои любимые книги и старинные издания, за которые готова была продать душу.
Драко никогда не приводил женщин.
Возможно, Гермиона просто не слышала, потому что он использовал Заглушающее заклинание, а может, он был тише мыши, и ему требовалось подарить свисток, чтобы его спутница была уверена, что он все еще жив.
В один из таких вечеров, когда Гермиона выпила на ночь чай и легла спать, свет в окне напротив загорелся, а затем послышался долгий, протяжный женский стон. Ее окна были открыты, и Гермиона успела пожалеть, что решила на ночь проветрить комнату. Обычно она взмахивала палочкой, но по какой-то неизвестной причине (что было самым настоящим враньем) она решила не делать этого. Ей вспомнились школьные годы, когда она представляла заботливо нависающего над ней Драко, как он вжимался в нее ноющим членом, прижимался своими губами к ее и умолял позволить прикоснуться к ней.
Она задыхалась от ревности, вцепившись в простыни побелевшими костяшками, но жадно вслушивалась в каждый стон и каждый шлепок. А потом ее охватило собственное возбуждение. Ей так хотелось оказаться на месте той девушки, провести руками по оголенному телу Драко, которое она видела десятки раз, впустить его в себя и сделать все, лишь бы он довел ее до кульминации. Именно это желание вызвало у нее потребность между ног и необходимость коснуться себя.
Гермиона потянулась вниз, когда услышала хриплый стон Драко, и это моментально произвело отрезвляющий эффект. Она сжала кулак, нащупала у прикроватной тумбочки палочку и, взмахнув ею, с треском захлопнула окно.
На следующий день Гермиона проснулась в плохом настроении. Она уверенно поднялась с кровати, распахнула окно, чтобы рассказать Малфою лекцию об использовании Заглушающих чар, но его квартира оказалась пуста. Судя по беспорядку, он собирался в спешке.
Помимо того, что теперь Гермионе регулярно приходилось терпеть вечерние приходы данной девицы к Малфою, она стала замечать, как он словно специально задерживался у окна чуточку дольше. Чуточку дольше после того, как выходил из душа и расхаживал по квартире в белом полотенце на бедрах. Чуточку дольше, когда возвращался домой, ослаблял галстук и скидывал рубашку. Гермиона позволяла себе полюбоваться изгибами его тела, бледностью кожи и теми жалкими моментами, когда он поворачивался к ней и демонстрировал худой подтянутый пресс. А еще у нее появилось ощущение, что за ней тоже наблюдали.
Иногда вечерами в выходные дни Гермиона сидела на диване в гостиной и смотрела, как Драко читал книгу в очках, которые ему чертовски шли. И хотя они никогда не смотрели друг другу в глаза, Гермиона видела легкую улыбку на губах Драко и задавалась вопросом, предназначалась ли эта улыбка ей.
Все ее аргументы отказываться от свиданий, которые любезно устраивала Джинни, накрылись медным тазом, когда подруга решила прийти в гости и обнаружила Драко Малфоя в окне напротив в том самом полотенце. И тогда он, Мерлин всемогущий, впервые повернулся в сторону окон Гермионы, махнул Джинни кружкой кофе в знак приветствия и мазнул по Гермионе быстрым взглядом. Ее сердце рухнуло в пятки и уже оттуда трусливо стучало.
Это было впервые. Впервые за полтора месяца, когда он посмотрел на нее после переезда.
— Теперь я понимаю, какого черта ты отказывалась от всех парней. Если бы напротив моего окна расхаживал полуголый Драко Малфой, я бы подала на развод с Гарри.
Это была шутка, конечно, но ревность неприятно уколола в сердце. И она согласилась на одно проклятое свидание, только чтобы доказать самой себе, что у нее не было привязанности к Драко.
Это был полный провал.
Ей нужно было срочно отвлечься, поэтому она ушла гулять с друзьями, где дважды пыталась завести новое знакомство и трижды приняла крепкий напиток за счет парня. Она вернулась домой поздно ночью. Одна. Легла в холодную постель, подцепила большим пальцем ноги ремешок туфли и сбросила ее, потом повторила все то же самое со второй.
